Сперва пропаганда христианизации велась в умеренных тонах архиепископом Гранадским Эрнандо де Талаверой, графом Тендильей и Эрнандо де Сафра, причем число обращенных было немалым. Но чрезмерное рвение некоторых придворных и, в частности, исповедника королевы и архиепископа толедского Хименеса де Сиснероса привело к тому, что для обращения мавров в христианство стали прибегать к силе; при этом не только настойчиво добивались отречения, но, как говорится в одной мавританской хронике, «тех, кто не желал обратиться в христианство, бросали в тюрьму и там всеми средствами склоняли их к переходу в христианскую веру».

Мавры жаловались королям на подобные нарушения условия договора, и в конце концов дело дошло до восстания в квартале Альбайсин, поводом к которому послужило избиение двумя приближенными Сиснероса девушки — мавританки, которую они таким способом пытались обратить в христианство. Только благодаря авторитету и влиянию Эрнандо де Талаверы и вмешательству графа Тендильи восставшие были умиротворены. Фердинанд и Изабелла сначала не одобрили поведения Сиснероса, но затем вняли его доводам. Сиснерос доказывал, что поскольку мавры в этом квартале Гранады восстали против короля и королевы, то тем самым заключенное с ними соглашение следует считать нарушенным по их собственной вине[200]. Мусульмане обратились за помощью к египетскому султану. Султан отправил посольство к папе с просьбою обязать «католических королей» выполнить условия договора, угрожая изгнанием из Египта всех живущих там христиан. Но этот дипломатический ход остался без последствий благодаря демаршу кастильского посла Педро Мартира де Англерии, который убедил султана, что кастильские короли не учинили по отношению к маврам Гранады ничего несправедливого. Павшие духом гранадские мавры крестились, причем утверждают, что в христианство перешло в 1499 г. 50 тысяч человек. Один арабский автор (аль-Маккари) отмечает, что, принуждая мавров к переходу в христианскую веру, кастильцы говорили им, намекая на ренегатов (а в Гранаде потомков ренегатов было очень много): «Твой дед был христианином, а стал мусульманином, поэтому ты теперь стань христианином».

Чтобы упрочить дело обращения, Сиснерос приказал сжечь на площади Бибаррамбла в Гранаде множество экземпляров корана и другие религиозные мусульманские книги. Он сохранил трактаты по философии, истории, медицине и естественным наукам, часть которых (около 300) была передана в коллегию Сан-Ильдефонсо в Алькала. Сожжены были великолепные рукописи, шедевры каллиграфического искусства.

Но политика Сиснероса ожесточила мусульман в других местах; не желая креститься, они восстали в Альпухарре, Басе, Гуадисе и в горах Филабреса. Кастильские войска ценой больших усилий и потерь овладели некоторыми из указанных пунктов. При этом пленников, независимо от пола и возраста, крестили силою. Восстание снова вспыхнуло в Альгарве (Андалусия) (в горах Ронды) и продолжалось там долго. Победы удалось добиться ценою гибели нескольких кастильских полководцев, в том числе Алонсо Агиляра, брата Гонсало де Кордовы. Теснимые самим королем Фердинандом, мавры капитулировали, причем не желающим креститься разрешено было уехать в Африку, на что многие согласились, (в 1501 г.). С тех пор в Андалусии остались только обращенные мусульмане — мориски. Все же большинство морисков, как о том свидетельствуют их собственные авторы, «хотя внешне и стали христианами, но не были ими в сердце своем; они тайно поклонялись Аллаху и совершали молитвы и омовения в установленные часы; но так как христиане следили за ними, то некоторые из них были сожжены».

Завершающим актом антимавританской политики короля и королевы была грамота от 11 февраля 1502 г., которая предписывала всем мудехарам Кастилии и Леона либо креститься, либо покинуть Испанию. Неизвестно число тех и других, но полагают, что большинство мудехаров крестилось, превратившись в морисков. Исключением являлись мудехары-рабы, которые были известны под названием « moros cortados ».

Христофор Колумб. В то время, когда «католические короли» расширяли кастильские земли, завоевывая королевство Гранады, гений, упорство и счастливый жребий одного моряка-чужеземца присоединили к владениям кастильской короны неизвестный до той поры материк, по размерам и естественным ресурсам превосходивший Европу. Этим моряком был Христофор Колумб, а открытый им материк спустя несколько лет получил название Америки.

Колумб был родом из Генуи[201] или из близлежащего местечка, и если и не посвятил себя профессии моряка с юных лет (так как полагают, что он впервые отправился в плавание в 1473 г. или около этой даты), то во всяком случае происходил из семьи моряков, которые в XV в. находились на службе у французского короля[202].

Спустя некоторое время Колумб обосновался в Лиссабоне, городе, откуда отправлялись крупные морские экспедиции, в важнейшем центре научных исследований в области географии и картографии, дисциплин, представленных в Португалии деятелями сагрешской школы[203]. Португальцы упорно исследовали западные берега Африки и предпринимали все возможное, чтобы обогнуть этот материк и достичь Индии, страны, которая в то время была одним из важнейших рынков для европейской торговли.

Колумб совершил немало плаваний на португальских кораблях и приобрел не только практические навыки в навигации, но и обширные познания в космографии. Пребывание на острове Порту Сайту и беседы с мореплавателями позволили ему собрать сведения о землях, лежащих в западной части Атлантического океана, на существование которых косвенно указывали и иные свидетельства того времени, в том числе и карты начала и середины XV в. На картах наносились предполагаемые острова (один из них носил название Антильи), и многие мореплаватели утверждали, что они побывали на их берегах. Находились и такие мореплаватели, которые ставили своей целью открытие этих земель (например, некий Фернандо Дульмо). По-видимому, они даже получали лицензии на право поисков подобного рода от португальских королей. Колумб был убежден, кроме того, в шарообразности Земли, причем он полагал (основываясь на воззрениях греческих, римских и арабских географов и на космографическом трактате «Зерцало Мира кардинала Пьера д'Альи, опубликованном в 1410 г.), что протяженность океана между западными берегами Европы и восточными берегами Азии, должна быть относительно невелика. Это убеждение и позволило ему разработать проект плавания в Индию, по маршруту, противоположному трассе португальских экспедиций, или, иными словами, проект достижения Индии западным путем, а не маршрутом, который предполагал плаванье к югу от Мыса Доброй Надежды, а затем, переход от этого пункта в северо-восточном направлении.

Та же идея возникла у итальянского врача и космографа Тосканелли, который поделился своими предположениями с португальским каноником Фернаном Мартинесом в письме, подлинность которого представляется сомнительной. Сомнительна и версия (обычно признаваемая историками) о том, что Колумбу было известно это письмо с приложенной к нему картой и что он состоял в переписке со своим соотечественником, который якобы полностью одобрил план генуэзского моряка.