Проект, представленный Колумбом португальскому королю, был отвергнут, вероятно, потому, что плавание вокруг Африки и завоевание ее поглощали все внимание португальцев и не позволяли им распылять свои силы на другие предприятия. Тогда Колумб отправился в Испанию, чтобы предложить свой проект государям Кастилии. Сперва Колумб обосновался в Севилье, где ему оказал покровительство итальянский банкир Джаното Берарди. Берарди представил Колумба некоторым сановникам, — которые отнеслись к генуэзцу презрительно и холодно. Только главный контадор (глава счетной палаты) Алонсо Кинтанилья проявил интерес к Колумбу и рекомендовал его кардиналу Мендосе. Кардинал, в свою очередь, представил Колумба королю и королеве. Королева Изабелла не желала принимать каких бы то ни было решений, не выслушав мнения сведущих людей, и передала проект Колумба на рассмотрение комиссии под председательством Эрнандо де Талаверы. Комиссия сочла проект нереальным. Колумб Непал духом и с помощью Кинтанильи и других покровителей (благожелательность которых он постепенно завоевал своими доводами) добился созыва новой комиссии в Саламанке, которая вынесла благоприятное решение. В ней принимали участие Диего де Деса, Антонио де Морачеаа и другие доминиканцы, которые с тех пор стали горячими сторонниками Колумба. Приверженцем Колумба сделался и каталонский космограф Хайме Феррер де Бланес, который даже дал указания относительно выбора наилучшего маршрута плавания[204].
Мнения этих лиц склонили короля и королеву в пользу проекта Колумба. Фердинанд и Изабелла обещали удовлетворить его просьбы по окончании гранадской кампании. В 1486 г. Колумб был принят при дворе находился там некоторое время. Число его приверженцев возрастало, но окончательное решение бесконечно откладывалось, и Колумб, истомленный ожиданием, вернулся в Севилью. В Пуэрто де Санта-Мария он нашел покровительство и пристанище в доме герцога Мединасели (1489–1491 г.), который в порыве великодушия дал обещание принять на себя расходы по путешествию; но когда герцог обратился к королеве за разрешением, то Изабелла, вероятно, по совету Десы и кардинала Мендосы, решила принять на себя организацию заморской экспедиции и возобновила переговоры. Однако и на этот раз они ничем не кончились. По свидетельству одного современника, Колумб просил «в награду за свои труды, заслуги и предприимчивость дать ему государство, назначить его адмиралом, вице-королем и наместником на вечные времена». Переговоры были снова прерваны, и Колумб покинул двор и отправился в Уэльву через Могер и Палое. По пути он остановился в монастыре Рабида (где, как утверждают некоторые авторы, он бывал и раньше). Настоятель монастыря Хуан Перес, убежденный доводами Колумба (а с этими доводами соглашались многие и, в частности, один моряк из Палоса Перо Васкес де ла Фронтера, который заверил Переса, что земли на Западе действительно существуют), принял решение возобновить хлопоты при дворе и обратился с письмом к Изабелле. Ответ королевы был весьма благоприятным, и Колумб, снова отправился ко двору, который в то время находился в лагере Санта-Фе. Переговоры шли вяло, и лишь благодаря вмешательству Луиса де Сантанхеля, казначея арагонской короны, королева приняла условия, которые предъявил ей Колумб. Не соответствует действительности версия, долгое время разделявшаяся историками, согласно которой Изабелла заложила свои фамильные драгоценности на покрытие издержек экспедиции Колумба. 17 апреля 1492 г. в Санта-Фе было подписано соглашение между королевской четой и Колумбом, и 12 мая Колумб выехал в Палое. Санта нхель предоставил заем в 1 040 000 мара веди из сумм, которыми он располагал как откупщик ценза, взимаемого в Валенсии, и короли особым указом на имя алькальда Палоса распорядились дать в распоряжение Колумба две каравеллы, «снабженные за ваш счет», которые по постановлению королевского совета город должен был предоставить короне сроком на один год; Палое обязан был также снабдить будущего открывателя необходимыми запасами продовольствия, лесом, боевыми припасами и т. п. по умеренным ценам, причем все эти материалы были освобождены от пошлин и сборов.
Обстоятельства, при которых корона утвердила проект Колумба, изложены неточно. Колумб прибыл н Испанию в январе 1486 г. и нашел пристанище в францисканском монастыре Рабида близ Палоса. Здесь он встретился с «кустодием» (хранителем) севильской провинции францисканского ордена Антонио Мораченой, видным кастильским астрологом. Морачена и настоятель монастыря Хуан Перес, тесно связанный с королевой, оказали Колумбу поддержку. Морачена посоветовал Колумбу обратиться к герцогу Медина Сидонии, который заинтересовался проектом, но вынужден был прервать переговоры с генуэзцем, так как подвергся опале. Колумб завязал переговоры с герцогом Мединасели, который пожелал снарядить экспедицию за свой счет. Изабелла, прямо не отказывая герцогу в разрешении, распорядилась передать проект Колумба на рассмотрение особой комиссии, которая в том лее 1486 г. собралась под председательством Эрнандо де Талаверы.
В мае 1486 г. Колумб был принят Изабеллой в Кордове и сблизился с главой кастильской счетной палаты Алонсо Кинтанильей.
Комиссия вынесла свое решение лишь в 1490 г. Версия о торжественном заседании в Саламанкском университете, на котором проект был отвергнут в демонстративной форме, — вымысел. Изабелла намеренно тормозила решение вопроса, не желая, чтобы выгоды заморского предприятия достались на долю Мединасели.
Сама же она не могла принять на себя издержки по организации экспедиции, пока шла война с Гранадой. Колумб в 1487–1491 гг. жил, вероятно, в Кордове. Известно, что в 1488 г. он посетил Португалию, где вел переговоры с королем Жуаном II, а в 1491 г. направил с этой же целью своего брата Бартоломе во Францию.
В 1490 г. комиссия, назначенная Изабеллой, отвергает проект Колумба. Колумб снова направляется в Рабиду, где находит горячую поддержку у Хуана Переса. Перес, тесно связанный с богатыми сановниками королей и андалусскими купцами, и судовладельцами, возобновляет хлопоты. В ноябре или декабре 1491 г. Колумб получает новую аудиенцию у королевы, и снова особая комиссия, назначенная Изабеллой, отвергает его проект.
Успех решает вмешательство главы дворцовой палаты королевства Арагонского Сантанхеля (Альтамира ошибочно называет его казначеем арагонской короны), который предоставляет королеве заем в 1 040 000 мараведи под залог откупных сборов от эрмандад Кастилии и Гранады.
Церковные деятели типа инквизитора Десы и Переса и финансовые воротилы (Сантанхель, севильский банкир Пинело Кинтанилья), тесно связанные с итальянскими, арагонскими и андалусскими банкирами, обеспечивают успех хлопотам Колумба в надежде на обретение новых источников дохода, которые сулит заморское предприятие.
Открытие Америки и раздел с португальцами. Колумб должен был совершить путешествие на трех каравеллах. Еще до подписания соглашения с короной он познакомился и завязал дружеские связи с палосским моряком Мартином Алонсо Пинсоном, богатым корабельщиком, не раз совершавшим плавания в Атлантическом океане. Ознакомившись с планами Колумба, Пинсон (который, по-видимому, также считал, что, следуя на запад, можно встретить неведомые земли) решил присоединиться к экспедиции. При этом он потребовал, чтобы ему была предоставлена половинная доля от всего, что короли пожалуют Колумбу. Когда Колумб вернулся в Палое после подписания договора, это соглашение, по неизвестной причине, было расторгнуто. Но так как Колумб встретил неожиданное и единодушное сопротивление со стороны местных моряков, которые не желали вербоваться на его флотилию, может быть подстрекаемые Пинсоном, то пришлось заключить новое соглашение, при посредничестве Хуана Переса. Условия его точно неизвестны; во всяком случае, после подписания этого соглашения с Пинсоном экспедиция была снаряжена без труда: охотники нашлись, и удалось обменять две каравеллы, предоставленные по приказу короля и королевы, на два корабля того же типа, но больших по размеру — «Пинту» и «Нинью». Кроме того, было зафрахтовано третье судно — «Санта-Мария», которая стала флагманом флотилии. На «Санта Марии» находились Колумб и владелец корабля Хуан де ла Коса, который был назначен на пост маэстре (капитана). Капитаном «Пинты» был Мартин Алонсо Пинсон, а капитаном «Ниньи» — его брат Висенте Яньес. Эскадра подняла паруса утром 3 августа 1492 г. и вышла в путь. Плаванье при весьма благоприятных обстоятельствах продолжалось 69 дней, и как раз в ту пору, когда команда флагманского корабля готова была поднять восстание, обескураженная либо долгим переходом, либо в силу иных причин, флотилия достигла (12 октября) острова Гуанахани из группы Антильских островов[205]. 27 октября Колумб открыл берег Кубы. При этом Колумб и его спутники полагали, что они находятся в Азии и что вскоре непременно будут открыты золотые россыпи. 19 ноября флотилия направилась к острову Бебеке (Гаити или Эспаньоле), на берегах которого, по словам туземцев, золото имелось в изобилии. По дороге «Пинта» отделилась по неизвестной причине от других каравелл. Колумб полагал, что произошло это по злому умыслу Пинсона, которому он приписывал желание захватить золото на Гаити; впрочем, поведение андалусского моряка, который спустя несколько дней вновь присоединился после долгих поисков к «Санта-Марии» и «Нинье», не позволяет согласиться с этим предположением. Обследовав значительную часть побережья Эспаньолы и потеряв «Санта-Марию», севшую на мель (25 декабря), 16 января 1493 г. путешественники отправились в обратный путь на «Пинте» и «Нинье». Невдалеке от берегов Пиренейского полуострова 13 февраля разразилась буря, которая разделила корабли: «Пинта» пристала в Байоне, в Галисии, а «Нинья» сперва бросила якорь у одного из Азорских островов, а затем пришла в Лиссабон, где Колумб сохранил свободу благодаря великодушию короля Жуана II. Наконец, 15 марта обе каравелы вошли в Палое.