Новое войско. Завершенная при Фердинанде и Изабелле военная реформа заключалась в том, что изменен был порядок комплектования коронных войск, а различные подразделения оснащены были новыми техническими средствами. Изменение способа комплектования достигнуто было увеличением контингента наемных солдат и введением иных форм воинской повинности для населения, проживающего на территории королевского домена, и, в частности, для милиционных ополчений городов. В результате осуществления этих мер удалось покончить с существующими издревле дружинами ( mensnadas ) сеньоров, которые подрывали дисциплину в войске и служили опорой знати. В войне с Гранадой принимали участие все традиционные виды кастильского войска: королевские люди ( gentes del rеу ), пажи ( donceles ), оруженосцы ( escuderos ), рыцари коронной службы ( caballeros continuos ), милиция городов (Эсихи, Толедо, эрмандады), дружины сеньоров (3000 конных рыцарей и 200 пехотинцев графа Тендильи, 200 людей кардинала Толедского, отряды севильского архиепископа и графа Бонавенте) и кавалеры духовно-рыцарских орденов (кавалеры ордена Сантьяго возглавлялись магистром этого ордена). Походы и экспедиции в Африку не раз совершались и предпринимались каким-либо магнатом на своей риск и страх, безучастия короны. Но число королевских войск возрастало и в конце концов превысило вооруженные силы знати. В Галисии после проведения энергичных мер, обуздавших местную знать, король и королева разместили отряды войск, оплачиваемые казной. Численность королевской гвардии, в период гранадской кампании принявшей участие в военных операциях, превысила 3000 человек.

Контингенты коронного войска увеличились еще более после того, как учреждена была «Старая гвардия» ( Guardias viejas ) в составе 2500 конников и в войско влились новые пополнения — отряд конных лучников, которых в 1502 г. привел из Фландрии Филипп, и наемные дружины, рекрутируемые Фердинандом в Неаполе. Основное изменение в системе набора войск было зафиксировано в грамоте от 22 февраля 1496 г., согласно которой устанавливалось, что военную службу обязан был отбывать каждый двенадцатый мужчина в возрасте от 20 до 40 лет. Рекрутируемые таким образом воины не принимали активного участия в боевых операциях. Они составляли род резерва, призываемого по мере необходимости, причем солдаты этих подразделений получали определенное жалование в период, когда они находились в рядах армии. По-видимому, различные области страны поставляли эти контингенты по особой разверстке, в порядке очередности. Сиснерос принял меры для дальнейшего развития подобной системы комплектования армии, желая довести численность резерва до 40 000, и добился призыва в 1516 г. 30 000 пехотинцев. Значительные трудности вызывало комплектование кавалерии — рода войск, численность которого всегда было нелегко довести в Испании до нужных пределов. Преимущественно в ходе итальянских войн создана была, уже в царствование Карла V, новая система, которая легла в основу организации испанского войска в новое время. Походная жизнь, жажда славы, добычи, почестей, дух тщеславия, всегда пробуждающийся в стране, которая ведет завоевательные войны, — все это способствовало появлению солдат-профессионалов и влекло в армию дворян, искателей приключений и всевозможных честолюбцев, мечтавших о быстрой карьере.

Коренные изменения произошли в военной технике, что оказало влияние и на организацию армии. Фердинанд и Изабелла отказались от старого подразделения войск на неравные по числу бойцов единицы — так называемые баталии ( baiallas ), в состав которых входили дружины сеньоров, и разделили воинские контингенты на батальоны по 500 солдат, в состав которых в свою очередь входило 10 отрядов — куадрилий. Позже, по инициативе военачальника Гонсало де Айоры (получившего военное образование в Италии) и Гонсало де Кордовы, не только было введено подразделение войска на роты ( compahias или capitanias ) численностью по 500 бойцов и полки ( coronelias или escuadrones ) по 12 рот, но и было усовершенствовано вооружение и изменена тактика ведения боевых действий. Опыт, приобретенный в войнах конца XV в. и начала XVI в., и пример чужеземных армий побудили объединить в составе каждого полка различные роды оружия. Пехотным полкам приданы были отряды по 600 конников и 64 пушки. В пехоте имелись наряду с копейщиками и лучниками и мушкетеры; таким образом, в одном и том же подразделении применялось и холодное и огнестрельное оружие.

Артиллерия играла большую роль в войне с Гранадой. Фердинанд и Изабелла пригласили из Италии, Фландрии и Германии инженеров и артиллеристов, которые под руководством Франсиско Рамиреса, или Рамиро, сеньора де Борноса, прозванного «Артиллеристом» (крупного знатока нового оружия и применения пороха в саперном деле), создали хсастильскую артиллерию. Употреблявшиеся тогда орудия назывались ломбардами, пасоболантами, сербатанами, рибадокинами и т. д. Ядра были каменные. Тогда же было организовано санитарное обслуживание войска (на роту полагались лекарь, хирург, аптекарь и помощник, имелись также полевые госпитали) и появилась военная администрация, введению которой армия была в значительной мере обязана Айоре.

Соответственно изменилась и номенклатура командных должностей; старая система, основы которой зафиксированы в «Партидах», была вытеснена новой. Должность коннетабля ехала лишь почетным званием, а его заместители или маршалы, которые еще фигурируют при завоевании Гранады, теперь исчезают окончательно. Королевский знаменосец ( alférez ) превращается в хранителя знамени ( porteestandarte ) короля. После реформ Айоры и Кордовы появляются полковники, капитаны ( capitanes ), командующие подразделениями в 500 человек; командиры рот ( cabos de baialla ) и десятские — командиры отделений ( cabos de diez ).

То же происходит и во флоте. Адмирал Кастилии, обладавший значительными правами юрисдикции, утратил свое былое влияние вследствие реформ, проведенных королем и королевой, и изменений в системе управления флота, вызванными открытием Америки. Действительное руководство флотом переходите 1479 г. к главному капитану ( capitan mayor ). Кастильский флот сыграл немалую роль в войнах с Португалией, Гранадой и в африканских походах. Прославленными его командирами были Хуан де Вильямарин, Шарль или Карлос де Валера и др. Хуану Безумную в ее свадебном путешествии во Фландрию сопровождало 130 кораблей с двадцатитысячной командой. Король Фердинанд уделял особое внимание морской службе и определил функции военных и торговых кораблей при ведении боевых операций. Торговые суда должны были участвовать в войне в качестве транспортов и каперов.

Каталонский флот начал приходить в упадок со времени правления Хуана II, который мало уделял внимания его развитию. Все же в 1506 г. была создана армада под командой Педро де Кардоны, которая была направлена в Неаполь к Фердинанду. В 1515 г. у берегов Берберии действовала другая армада — из 9 галер, одного галеона и еще одного корабля, с помощью которой Луис де Рекесенс разгромил турок. По-прежнему существовало различие между королевской эскадрой и армадой Депутации Каталонии. Указом 1494 г. Фердинанд обязал провинции Каталонию, Валенсию и Майорку держать в боевой готовности по одной галере для защиты побережья от турецких пиратов.

Колумб и управление американскими владениями. Согласно договору в Санта-Фе, «острова и твердая земля, которые откроет Колумб, должны были образовать как бы феодальную сеньорию генуэзского моряка»[229]. Ему и его наследникам было пожаловано навечно звание адмирала «морей-океанов» со всеми правами, присвоенными этой должности (с юрисдикцией над моряками и купцами, сбором «кинты»[230] и других налогов на товары и т. д.). Он был назначен вице-королем и правителем с правом намечать должностных лиц для управления новооткрытыми или завоеванными территориями (при этом Колумб мог намечать для замещения подобных должностей три кандидатуры, и одна из них утверждалась королями), право оставлять в свою пользу одну десятую часть от всех и всяческих товаров, «которые будут куплены, обменены, найдены или приобретены в пределах названного адмиральства, и право разбора всех тяжб — самому или через заместителя, — возникающих из-за этих товаров». Наконец, ему было разрешено участвовать в одной восьмой доле во фрахтовании кораблей, которые занимались торговлей с новооткрытыми землями, и получать соответственный доход от этих торговых операций. Эти права были подтверждены и расширены в свидетельстве о пожаловании титула адмирала, вице-короля и правителя, которое было дано Колумбу 30 апреля 1492 г. (причем две последние должности были, подобно адмиральской, сделаны наследственными), и в инструкции, данной ему, но возвращении из первого путешествия (29 мая 1493 г.), в пунктах 10, 11 и 12 которой говорится: «Упомянутый адмирал, вице-король и правитель но прибытии на острова в силу имеющихся у него полномочий от их высочеств должен принимать и рассматривать апелляции и решать их так, как он считает лучшим. Если окажется необходимым назначить рехидоров, присяжных и иных должностных лиц может упомянутый адмирал назначить трех лиц для исполнения любой из этих должностей, как то определено в соглашении с их высочествами, а их высочества выберут из их числа одного… Каждый судья обязан при произнесении приговора делать следующее оглашение: «Приговор этот повелели вынести король и королева». Это означает, что, несмотря на сохранение принципа зависимости от короны в отношении судопроизводства и управления, короли все же жаловали адмиралу весьма широкие права, поручая ему назначение алькальдов и т. п., т. е. те функции, которые в Испании они как раз и стремились сохранить за собой. Эти чрезмерные пожалования, противоречащие той политике, которую проводили «католические короли», объясняются в договоре и дипломе 1492 г. надеждой на успех и желанием закрепить его исключительно за Кастилией, а в инструкции — радостью по случаю одержанной победы и необходимостью сдержать данное обещание, которое носило договорный характер[231]. Но скоро поведение королей изменилось. Открытия Колумба намного превзошли ожидания большинства. Возникло опасение, что новооткрытые земли настолько велики, что, в случае если адмирал осуществит в их пределах данные ему права, он станет более могущественным и богатым властителем, чем сами короли, а поэтому представит бы для них опасность. Пример кастильской знати, покоренной с таким трудом и такой ценой, несомненно, заставил призадуматься Изабеллу и Фердинанда, а кроме того, и их естественные политические тенденции приводили к тому, что они всюду давали чувствовать тяжесть своей десницы. Поэтому король и королева назначили при снаряжении второй экспедиции Колумба своих счетчиков и казначеев, которые вмешивались во многие действия адмирала. Как только в Испанию пришли жалобы на его управление (скрепленные подписями Буйля[232] и других монахов, главным образом францисканских), Фердинанд и Изабелла послали туда в качестве правителя командора Франциско де Бобадилью, поручив ему расследовать деятельность Колумба. Бобадилья сразу же стал на сторону противников Колумба, сместил его и отправил в Испанию как узника. Правда короли отозвали Бобадилью, а Колумбу дали письменно и устно полное удовлетворение и организовали его третье[233] путешествие. Но они настояли на назначении собственных чиновников, заменив Бобадилью Николасом де Овандо, хотя и оставили на Эспаньоле представителя Колумба и приказали возместить ему и его братьям все то, что у них было незаконно отнято. 18 июня 1504 г. снова были подтверждены права Колумба и было приказано передать Колумбу десятую часть полученного золота, которая причиталась ему по договору.

Хотя управление новооткрытыми землями и не было вновь передано Христофору Колумбу, Фердинанд воздержался от полного разрыва с фамилией адмирала. Вскоре после смерти Колумба (2 июня 1506 г.) король отправил Овандо грамоту, в которой приказал передать Диего Колумбу[234] (которому присваивалось звание адмирала) «или лицу, каковое на то будет уполномочено им, все золото и иные ценности, причитающиеся отцу упомянутого дона Диего как в прошлом, так и в будущем». В 1508 г. король приказал представить ему сведения, которые позволили бы точно определить права Колумба и права короны в американских владениях. В том же году благодаря стараниям герцога Альбы на одной из племянниц которого был женат Диего Колумб, этот последний был назначен правителем и утвержден во всех правах, признанных за его отцом по договору в Санта-Фе (указ, данный в Севилье 10 февраля 1509 г.). Однако это пожалование носило временный характер — «пока на то будет моя милость и моя воля». Оно сохраняло силу всего два года.

Корона продолжала принимать меры для организации системы управления новыми колониями и укрепления торговых связей с метрополией. Созданы были муниципии с соответствующими должностными лицами и аудиенсия на острове Эспаньоле с судьями по разбору апелляций, которые назначались королем; назначен был особый правитель на Пуэрто-Рико (14 августа 1509 г.), хотя спустя некоторое время (25 июля 1511 г.) в другой грамоте Диего Колумб был назван правителем «Эспаньолы и других островов и материковой земли, открытых его отцом». В общем король стремился к укреплению своих прав и своей власти в заморских владениях.