Чичкан влез на дерево, снял медвежонка, вынес его из огня и отпустил, а сам дальше пошел.
Идет, дня не видя, ночи не замечая. Так шел, пока от голода и жажды не свалился. Упал и видит — нависла над ним скала, на скале, как две слезы, две росинки висят. Открыл рот Чичкан, росинки упали ему на язык. Едва проглотил, как сразу понял, о чем между собой два ворона говорят.
— Карр, что ты тут делаешь, брат мой?
— Кар-кар, человека сторожу, смерть его жду, будет мне пожива.
— Кра-а… А я на болото полечу, там жеребенок увяз, каррр!
Один ворон на болото полетел, другой на скале остался.
«Нет, не дам жеребенку пропасть», — решил Чичкан, встал и пошел к болоту.
А впереди коростель бежит, дорогу указывает.
Тут и ворон со скалы поднялся, крыльями захлопал, закричал:
— Карр, брат мой! Человек умирать не хочет.