— Кррра-а! Брат мой, ко мне поспеши, жеребенку из трясины не выбраться, он по самые глаза увяз.
Но коростель уже вокруг жеребенка бегает, хлопочет, охрип даже:
— Чичкан, башинан тарт! Чадынан тарт! Тарт-тарт-тарт! Чичкан, за голову дергай! За хвост дергай! Дерг-дерг-дерг!
Ухватил Чичкан жеребенка за гриву и вытянул!
— Кар-кар! — закричали оба ворона. — Этот конь теперь долго будет жить, Чичкану служить. Карр! — и улетели.
Чичкан погладил шею жеребенка своей теплой рукой и молвил:
— Куда хочешь беги, гнедой!
— Твой путь, Чичкан, отныне моим будет.
— Я иду к истоку семи рек, к подолу семи гор, к пещере глубиной в семьдесят сажен. Конца пути не вижу.
— Если пошел — надо идти, если идешь — надо дойти, а упадешь на пути, так головой вперед.