— Быстрее слов летите! — сказал им Караты-хан. Ястребы, прихватив клювами грамоту, устремились к маленькому аилу, бросили письмо и улетели.
Алтын-Чач прочла грамоту. Лицо ее два раза потемнело, два раза побелело.
- Караты-хан велит тебе за золотым яйцом к орлиному гнезду идти.
С того дня Юскюзек днем без отдыха, ночью без сна шел. Таяли дни, как снежинки. Годы, как змеи, ползли. Летом солнце ему плечи жгло. Когда снег за ворот падал, он зиму узнавал. Шел он, все шел — и вдруг растаяла черная туча. Бронзовый тополь с девяноста девятью сучьями перед Юскюзеком стоит. Из-под корней тополя глядят глаза змеи. На вершине тополя в большом гнезде — два орленка.
Юскюзек отвел от ледяных зрачков змеи свои теплые глаза. Натянул черный лук. Концы лука сошлись. Юскюзек спустил стрелу. Три змеиные головы покатились в три конца земли. Из змеиной крови черное море налилось. Как вечная большая гора, тело змеи на берегу лежит.
— Потухший костер кто раздул? Мертвых нас кто оживил? — крикнули орлята.
Юскюзек вышел из-за тополя.
Орлята выпростали голые крылья. Юскюзек ухватился за них, и орлята подняли его в гнездо.
Луна всходила — Юскюзек с орлятами мясо варил, трубку курил. Луна таяла — Юскюзек с орлятами песни пел. Сколько раз вставало солнце, они не считали. Только когда страшный ветер подул, замолкли орлята.
— Это наш отец и мать крыльями машут. Густой, буйный дождь пролился.