- Саша! спой: "На земле весь род людской!"
Я извиняюсь, что уже поздний вечер, сыро, боюсь простудить горло, на голосе скверно отзовется.
- Велика важность! Что ты? в опере, что ли, собираешься петь?
- Именно, Алексей Александрович. Его так и тряхнуло.
- Как? Ты думаешь идти на сцену?
- Непременно, Алексей Александрович.
- Это из университета-то? Это племянник-то Чупрова? В актеры? В дармоеды? Да - какое же ты право имел в университете место занимать? Затеял глупости, так хоть место-то уступи, другому света не засти!
В жизнь свою не получал я подобной взбучки! Так что уж Александр Иванович сжалился и заступился, напоминая Остроумову одного из его слушателей, успешно променявшего медицину на оперную сцену.
Не тут-то было! Огрызнулся:
- Так ведь тот был болван, осиновая голова, туда ему и дорога! А у Сашки в голове мозги есть. Ах, Сашка! Сашка! Не ожидал я от тебя! Право, не ожидал!