-- Тут нужна историческая перспектива. 1896-й год нельзя судить по точкам зрения 1909-го. Вспомните только что сказанное о тогдашней редкости газетных трибун, а тем более с широкой аудиторией. Могу еще прибавить к тому, что московский фельетон "Нового времени" был своего рода удельным княжеством, почти независимым от метрополии. Я, например, не помню ни одного серьезного редакционного вмешательства в мою фельетонную работу с 1892 по 1896 год. А были очень острые моменты: полемика о воспитательном доме, разоблачения злоупотреблений по постройке памятника Александру П, бурные сражения с "Московскими ведомостями". До меня московским фельетонистом "Нового времени" -- что-то лет пятнадцать -- был А.Д. Курепин, человек весьма либеральный, почитавший себя "красным", с портретом Герцена над письменным столом, сотрудник "Русских ведомостей", и тоже отлично уживался. Так что московский фельетонист "Нового времени" в девяностых годах был сила, хорошо оплаченная, широко влиятельная и фактически свободная. Следовательно, отдавая ее в руки, которые он считал талантливыми и честными, Антон Павлович действовал bona fide {Добросовестно (лат.). } и в отношении своего друга, и в отношении публики.
Я мог бы еще прибавить, что "Новое время" девяностых годов при всех своих отрицательных сторонах все-таки было далеко не тем, что представляет собою "Новое время" истекающего десятилетия. Но объяснять это "Новой Руси" значило бы ломиться в открытые двери. Кому же лучше знать и помнить свою старую программу, как не вдохновителю "Новой Руси" Алексею Алексеевичу Суворину, который в девяностых годах был фактическим редактором "Нового времени" и сотрудником, ушедшим вместе с ним в 1903 году из Эртелева переулка в Ковенский, чтобы основать "Русь"?
Еще.
"Недостаточно благодарен "Новому времени", которое его вывело в публику".
Мне кажется, что пора уже разобраться в этой подробности чеховской биографии. Потому что, как бы ни думала "Новая Русь" о благодарности, но качество это не из похвальных, безотносительно к адресу, по которому оно проявляется. Если бы Чехов имел за что благодарить "Новое время" и все-таки остался бы неблагодарным, это ему чести не делало бы. Но ведь этого нет, это мифы... Тому, кто вывел Чехова из юмористических журналов в большую публику, Чехов и был, и остался до могилы глубоко благодарен. В своей привязанности и дружбе к тому человеку Антон Павлович выказал даже большое гражданское мужество, так как новые друзья в передовом лагере извиняли эти старые добрые отношения только скрепя сердце, а многие, и весьма, на Чехова за них дулись. Этот человек -- А.С. Суворин, но -- единолично старик Суворин. Что касается газеты "Новое время" как "корпорации",-- ей А.П. Чехов ни на кончик ногтя ничем не обязан! Напротив,-- достаточно бывало, чтобы А.С. Суворин "прозевал", и "любимцу" его с легким сердцем преподносилась какая-нибудь милая редакционная штучка, вроде пресловутого буренинского:
Беллетристику-то,-- эх, увы! --
Пишут Гаршины да Чеховы,
Баранцевичи да Альбовы...
Почитаешь,-- станет жаль Бовы!
Сейчас пользуется большим успехом книга Анатоля Франса: "Les sept femmes de la Barbe-Eleue et autres contes merveilleux" {"Семь жен Синей Бороды по подлинным документам" (фр.). }. Я видел уже два русских перевода первого, заглавного рассказа: "Семь жен Синей Бороды по подлинным документам".