ДОНЪ ЖУАНЪ. Зато -- какъ нельзя лучше -- съ его возрастомъ и ревматизмомъ. Въ наши годы, Лепорелло, очень пріятно чувствовать за собою товарища, способнаго, въ одиночку, разогнать взводъ солдатъ.
ЛЕПОРЕЛЛО. Съ равнымъ удобствомъ вы могли бы водить за собою блаженной памяти статую Командора.
ДОНЪ ЖУАНЪ. Увы! Статуя Командора приказала долго жить. Кладбищенскіе мальчишки отбили Командору носъ и наслѣдники продали la statua gentilissima маклакамъ, которые пережгли нашего друга на известь. (Уходятъ.)
Донъ Ринальцо и Нищій идутъ съ Санта Лючіи.
ДОНЪ РИНАЛЬДО. Каналья, если ты лжешь, не миновать тебѣ даровой квартиры въ Санъ-Эльмо. Hö, если ты говоришь правду, я сдѣлаю тебя нищимъ моего дяди кардинала.
НИЩІЙ. А какой мнѣ прокъ отъ того, братъ мой?
ДОНЪ РИНАЛЬДО. Ты можешь каждый мѣсяцъ цѣловать его высокопоставленную руку.
НИЩІЙ. Неужели? Этакая жалость, что у меня нѣтъ золотухи.
ДОНЪ РИНАЛЬДО. Габріэлла хочетъ меня видѣть? Габріэлла назначаетъ мнѣ свиданіе?
Габріэлла выходитъ изъ дома.