-- Не понимаю!
Анимаида Васильевна даже, не в обычай себе, резко плечами пожимала.
-- Не понимаю! Уж вот именно я-то, когда в Москве, и Василий Александрович, мы действительно знаем каждый шаг Дины...
-- Да, никто не понимает... Мы и к партийным людям ходы нашли через Лукавина Николая Николаевича. Там тоже только плечами пожимают. Большинству Дина даже неизвестна. Ни в какие тайны и близости она не была посвящена. Так -- знали, что около Волчковой есть какая-то сочувственница, очень восторженная и очень хорошенькая собою... Так мало ли их, сочувственниц! Тем более около Волчковой, которая сама всегда горит в лихорадке революционного энтузиазма и нетерпения и, как истерическую заразу, распространяет ее вокруг себя...
-- Не понимаю,-- повторила Анимаида Васильевна с омраченными хрустальными глазами.
Реньяк медленно возразил:
-- У Василия Александровича есть своя гипотеза на этот счет... Может быть, и не без правдоподобия...
-- Именно?
-- Он думает, что Диною Николаевною кто-то себя прикрывает...
-- То есть?