НАДЯ. Нацѣловались.
СЫНОКЪ. Напрасно вы такъ со мною. Я недурной человѣкъ, Надя. (Уходитъ.)
НАДЯ. Никакой вы еще человѣкъ.
ѲЕДОРЪ. (входитъ). Надежда Трофимовна... По приказанію госпожи... Съ моимъ прискорбіемъ... пожалуйте къ старой генеральшѣ получить такъ называемый расчетъ и паспортъ.
НАДЯ. Вамъ, Ѳедоръ Никифоровичъ, только что скандалить я не охотница, но не мѣшало бы, на прощанье, въ глаза плюнуть.
ѲЕДОРЪ. Подобное выраженіе вашихъ словъ...
НАДЯ. За много васъ господа купили, чтобы свой скандалъ на меня оборотить?
ѲЕДОРЪ. Давеча такъ называемый барченокъ, теперь вы... Надежда Трофимовна, я теряюсь...
Мать и Другъ дома незамѣтно входятъ.
НАДЯ. Который кавалеръ взправду похвалится дѣвушкою, и того люди зовутъ подлецомъ. А ужъ если еще лгунъ, такъ это мое почтенье. Съ тѣмъ отъ меня и пребудьте въ своей гнусности, какъ самая нечестивая сатана. (Уходитъ.)