-- Позвольте!-- наступаю.-- Да ведь водка -- зло? Возражает:
-- Нет, ежели понемногу, отчего же?
-- Да ведь она от дьявола! Кто был первый винокур-то? Вспомните-ка.
Отмахнулся рукою.
-- О,-- говорит,-- эти сказки для глупых мужиков выдуманы, чтобы вовсе с круга не спивались... А мы с вами, надеюсь, люди с пониманием.
Это уж мне и не понравилось немножко, лицемерием показалось. А с другой стороны, как будто и приятно, знаете, что вот он -- и Толстой, а тоже с хитрецой и двубокий, себе на уме, наш брат Исаакий, как все мы, грешные, люди-человечки... Он же опять наливает и угощает.
-- Прошу покорно, не церемоньтесь... водка хорошая, графская.
-- Знаю,-- говорю,-- что графская... Ха-ха-ха! И он тоже:
-- Ха-ха-ха! Спрашиваю:
-- И дома вы тоже... приемлете? При гостях? Качает головою.