Влас: Как одну копейку.
Репортер: Да ты врешь?
Влас (гордо): Но, но, но! За подобные вопросы, знаешь? К барьеру!
Репортер: Если у тебя есть двадцать пять тысяч, так лучше ты дай мне взаймы рублей пятьсот?
Влас: Рад бы услужить, да не могу.
Репортер: Почему?
Влас: Сегодня утром передал капитал Черномордику (хозяин ссудной кассы на Арбате, в которой мы хронически закладывали вещи).
Репортер: Черномордику? зачем?
Влас: А я с ним в компанию вхожу... Ага, черти! довольно я закладывал, теперь мне будете закладывать!
Немало пружин в диванах "Лувра" и "Метрополя" сломано приятелями Дорошевича, когда они буквально катались по ним со смеха, будучи свидетелями подобных представлений. Но смех смехом, спектакль спектаклем, ан, глядишь, дурак где-нибудь во враждебном кружке пересказал свой диалог с Власом в таком тоне, что по Москве ползет перешептыванием гнусный слушок: Дорошевич с Шильдбаха за компрометирующие документы двадцать пять тысяч взял!