Княгиня Настя. А вотъ я такъ думала, что я жизнь люблю!
Марья Григорьевна. Барыня, голубчикъ, успокойтесь! Дайте, я васъ въ спальню отведу? Нехорошо! Люди смотрятъ.
Княгиня Настя. Какіе люди, Маша? Гдѣ ты видишь людей? Трупы стоятъ, трупы смотрятъ,-- враги мои лютые!... И ты тоже -- трупъ. И сама я теперь -- трупъ ходячій.
Таня. Настенька! Голубка моя!
Лариса Дмитріевна. Не хорони себя. Поживешь еще, душка!
Княгиня Настя. О-о-о-о-о! Алеша! Алеша! Алеша! Никогда то мнѣ не видать лица твоего свѣтлаго! Никогда! Никогда!
Лариса Дмитріевна. Я, конечно, понимаю твое горе, но зачѣмъ же приходить въ отчаяніе?
Таня. Оставь, Лариса!
Лариса Дмитріевна (отошла). Алябьевъ умеръ такъ красиво... я гордилась бы!
Мѣховщиковъ. Вы -- римлянка!