-- Ну да эти вопросы тебе не интересны!
-- Ну да это чужой секрет... Я не вправе тебе рассказать.
Дружество удерживалось еще взаимным поэтическим наперсничеством. Поэт Борис верил в чутье поэта Володи, поэт Володя -- во вкус поэта Бориса. Но и тут что-то треснуло. В направлении рифмоплетства юноши и раньше не сходились: Борис был некрасовец, Володю тянуло к Фету и Алексею Толстому,-- но кукушка хвалила петуха, петух -- кукушку... А теперь Володя начал замечать, что Борис слушает его декламацию всякий раз не без нетерпения и даже как бы с затаенным недоброжелательством и стыдом.
-- Тебе не нравится?
-- Нет, что же? Отличные рифмы, много звука, размер выдержан безупречно, красивые образы, меткие эпитеты...
-- А тебе все-таки не нравится!
Борис повторил на память:
Синие звезды цветам говорят --
Белым, душистым цветам:
К небу земли ароматы парят,--