Тот едва поднялся с места.
-- Я... вы меня извините... играть не могу... домой должен ехать... такое известие...
-- Поезжайте, поезжайте... Вы на себя не похожи... Мы за вас Петра Максимовича посадим... Петр Максимович!.. Да что случилось-то, Валерьян Никитич? Что у вас там опять?
-- Ничего, решительно ничего особенного...-- уверял Арсеньев, болезненно морщась от уколовшего его неосторожного "опять".-- Ничего, недоразумение... с Антоном... Извините, господа, я должен спешить...
-- Старик Валерьяша наш уехал, как нехорош!-- говорили чиновные партнеры по отъезде Арсеньева.-- Совсем разваливается и -- больной, больной...
-- Детьми, батюшка, болен!-- басил, козыряя, заместивший Арсеньева в игре Петр Максимович.-- Ничем другим не болен, но детьми! А эта болезнь -- неизлечимая.
А больной детьми Валерьян Никитич ехал и рыдал в извозчичьих санях:
-- Они меня убьют когда-нибудь этак! Они меня убьют своими внезапностями... Ну куда он поехал? Умирать поехал... Так уж и меня-то, старого дурака, хоть бы захватил с собою.