-- Благодарю вас: живем, не жалуемся.
Постелькин приосанился.
-- Состою гласным... на ближайших выборах ставлю кандидатуру в городские головы... просят!.. Надо послужить обществу... отказываться от мира нельзя!
-- А не прокатят на вороных? -- с язвительностью оскалилась на него Лидия.
-- Не рассчитываю,-- задумчиво протянул Постелькин.-- Потому что -- видите ли, между избирателями некому против меня быть. Так как, изволите ли понимать, которые, так сказать, черная сотня в большинстве связаны со мною по моим торговым операциям, и многие даже весьма задолжены по разного рода обязательствам...
-- В кулаке, значит, округу держите? Понимаю! Молодчина! Так и надо! Это я люблю! Душите подлецов! Это я люблю.
-- Не то что в кулаке, а разумеется -- порядок нужен. Нельзя без порядка.
-- Еще бы! еще бы!.. А уезд-то, должно быть, темный? Интеллигентной оппозиции нет?
-- Совсем напротив,-- обидчиво возразил Постелькин.-- Наше земство даже очень просвещенное. Из первых в России. Дворянство у нас, правда, небогатое, но интеллигенции в оном сколько угодно. Из новых землевладельцев есть люди образованные, молодые купцы... Чрезвычайно какой развитой город!.. И уезд, и город... Но интеллигенции никак нельзя быть против меня. Первое, что я на школы хорошо жертвую, а главное -- каждому в уезде известно, что я женат на родной сестре Бориса Валерьяновича Арсеньева... Согласитесь: не всякому это дано... и... и... и кого же они в состоянии мне противопоставить?..
-- Разумеется, разумеется...