-- Зачем это тебе? Богач ты, что ли?
-- Нет, где же богач? А рассчитал, что по многим моим деловым отношениям помимо траты времени на извозчиках больше проездишь... и обуви истреплешь... Взял да и поставил. Опять же хорошо, если надо кому-нибудь сказать что спешно, по секрету. Вот -- хоть бы теперь нам с тобой; увидишь, пригодится... Хочешь, поставлю и тебе?
-- А что ж? -- говорю. -- Поставь. Знакомство у меня большое. Но нам-то с тобою, ошибаешься, он едва ли будет на пользу.
-- А почему нет?
-- А потому, что если дома заметят, что я часто звоню по одному и тому же номеру, то станут любопытствовать, кому... Дросида же, поди, твой номер знает.
-- Нет,-- говорит,-- Дросида моего номера не знает. Я его только деловым клиентам даю, которые представляют для меня интерес. Из не деловых барон знает, еще один верный товарищ мой, Фоколев Миша, да вот тебе, третьей, открываю.
-- Скажите, какие тайности! А зачем это?
-- Да просто, чтобы не звонили попусту. Тоже надоедает трезвон-то этот. Охотников заедать чужое время много.
-- Но ведь,-- говорю,-- эти твои тайности все-таки вроде того, как страус прячет свою голову в песок и воображает, что уж теперь охотники его не увидят. Ведь в телефонной-то книге ты значишься.
-- Значусь.