И, спрятав баронскую драгоценность, извлек откуда-то из-под жилета уже несомненную мою собственность.
Настоящее имя Черненького было Илья Тимофеич, фамилии не помню точно -- Богоявленский или Вознесенский. Он был в своем роде тоже образованный: происходил из духовного звания и прошел четыре класса духовного училища при каком-то монастыре Калужской губернии, откуда, однако, вылетел, не кончив курса и с волчьим паспортом. По свидетельству -- за "дерзновение против начальствующих лиц и нестерпимое буйство". А по словам самого Черненького -- "подвел подлец инспектор за то, что не хотел ему вместо девчонки быть". Рассказы его о духовном училище и монахах были жутки до неправдоподобия. Однако, читая впоследствии "Пруд" Ремизова, я нашел в нем как раз те сцены, что с большой злобою описывал Черненький.
Поклон Елены Венедиктовны Александру Ивановичу Чупрову мне случилось передать только много лет спустя, в 1904 году. Обстоятельства сложились так, что после Нижнего я немедленно уехал из Москвы за границу, а возвратясь, вскоре переселился в Петербург. А тем временем Александр Иванович Чупров был выжит из московского университета Боголеповым, Капнистом и усилившеюся в совете профессоров кликою реакции, покинул Россию и осел в Мюнхене. У меня же последовали: разрыв с "Новым временем", стремительный боевой период "России", взрыв сего корабля пресловутым фельетоном "Господа Обмановы", ссыльный год в Минусинске, перевод в Вологду, японская война, вторая ссылка в Вологду за Горный институт -- и, наконец, после убийства Плеве Сазоновым Лопухин выпустил меня за границу, и я превратился в эмигранта.
При свидании с дядею в Мюнхене много перетряхнули мы воспоминаний -- почти за десять лет! И в том числе набрел я памятью на давно забытое имя Елены Венедиктовны.
-- Скажи, пожалуйста, -- спросил я, -- не вспоминается тебе из твоих московских слушательниц некая Елена Сайдакова?
Александр Иванович оживился и засверкал очками.
-- Как же! Очень помню. Премилая была барышня. Не скажу, чтобы очень даровитая, но умница, старательная, работящая. Подала мне прекрасный реферат...
-- О Бентаме?
-- Да. А ты откуда знаешь?
-- От нее и знаю.