Создать сулили
Мне мой кумир!..
-- С тем меня и получите: маркиз де Корневиль!.. И так рекомендуюсь я тебе, Лиляша, не в похвальбу, а в поучение... Передай мне, пожалуйста, галстух: вон он -- на подзеркальнике...
И, когда я машинально послушалась, передала, Беляев откровенно расхохотался и, повязывая перед зеркалом галстух пышною бабочкою, весело поучал:
-- Все вздор, Лиляша! Бери пример с той милой еврейки, приятельницы царя Соломона или Иисуса, сына Сирахова, которая в подобных приключениях "покушала, ротик обтерла и говорит: я ничего дурного не сделала".
-- Не очень-то, господин Беляев, хвалят люди эту вашу милую еврейку и не очень-то красивыми именами ее называют.
-- Вздор, вздор, Лиляша! В глаза не назовут, потому что за это морду бьют и к мировому судье тянут, а за глаза -- все равно ведь: "Будь ты чиста, как снег, и холодна, как лед,-- не уйдешь от клеветы!" Уж какая-нибудь Матрена Матвеевна или Мастридия Поликарповна -- как там ее? -- позаботится раскрасить тебя во все цвета... Следовательно, плюй на все и береги свое здоровье!.. Поверь: Матрена или Мастридия, твоя толстая антагонистка, а моя кредиторша эту заповедь знает и исполняет...
-- Я попросила бы вас избавить меня от ваших поучительных примеров.
-- Почему, mon trésor? {Мое сокровище? (фр.)}
-- Потому, что не позволяю вам ставить меня на одну доску с подобною женщиной.