-- Второй,-- не обратив никакого внимания, не дал он мне продолжить,-- а вернее, первый, потому что твой первый номер -- платонического барошу я не ставлю в счет,-- твой первый номер, которого ты скрываешь, есть, сколько я могу догадываться, некая постоянная величина, нечто вроде тайнобрачного супруга...
Он встал и, с прежнею невозмутимостью выправляя по рубашке и застегивая расшитые шелковыми цветами подтяжки, продолжал:
-- А Беляев -- знаешь ли ты, скольких любовниц имел и сменил на своем веку мудрый Беляев? Списком Дон Жуана не похвалюсь -- думать надо, и Дон Жуан-то хвастал, приписывал. Но за сотню будет. Я сегодня заставил тебя пропустить "Удалого гасконца" с Аркашей Черновым. А ты слыхала его в "Корневильских колоколах"?
Стал в позу -- не смею солгать, чтобы не эффектно,-- и запел во весь голос, не смею отрицать, что умело и очень недурным баритоном:
Итальянки,
Немки, испанки
И англичанки --
Словом, весь мир,--
Меня любили,
Счастье дарили,