-- Д-да... она, видите ли... желает объясниться,-- подчеркнул Вентилов, глядя мимо меня.
-- Странно! О чем может "объясняться" со мною незнакомая мне графиня Б.?
-- Я только повторяю дословно поручение, данное мне графиней.
-- Н-ну... если ее сиятельству угодно со мной "объясняться", то я к ее услугам...
-- Графиня рассчитывает, что вы к ней пожалуете. Она ждет на хорах.
-- С какой стати? Она имеет ко мне надобность, а не я к ней.
Вентилов с оглядкой слегка наклоняется ко мне и тихо, почти шепчет:
-- Елена Венедиктовна, я позволю себе советовать вам: исполните желание графини... Тут вышло одно недоразумение... м-м-м... несколько неприятное для вас... С глазу на глаз вы, конечно, объяснитесь в два слова, а так... Графиня, знаете ли, такая нервная, эксцентричная, шумная... Южная кровь!
Перевожу про себя: "Способна закатить публичный скандал. Но за что? Когда и чем я могла это неведомое сиятельство изобидеть?"
-- Хорошо, идем. Не знаю зачем, но идем.