-- Значит, бывало с ним?
-- То-то, что нет... не слышно, чтобы бывало...
-- А почему же ты говоришь: "Вернулась"?
-- Маленьким его раза два-три корчило, годов шести-семи. А потом с возрастом прошло. Думали совсем -- помнить забыли. Ан, поди же ты -- черная немочь! Сколько лет ждала -- ожила.
Ночь прошла тяжело. Галактион, когда проснулся, был ужасно слаб, надо было ходить за ним, как за ребенком. К утру он оправился и после нового, уже здорового сна вздумал было встать и идти в город по своим делам. Однако я удержала его в постели до полдня. Вылежался он -- вижу: совсем здоров. Ну, Бог с тобой, вставай, накормлю завтраком, и ступай-гуляй на все четыре стороны, куца тебе надо.
Из вчерашнего Галактион ничего не помнил. Спрашиваю:
-- С чего тебе почудилось, будто у меня волосы горят? Хмурится, как ночь.
-- Экая дичь... Всегда я какой-нибудь этакий вздор... будто пламя пройдет перед глазами...
-- Всегда? -- пытливо поймала я его на слове.
Он помолчал немного. Потом -- твердо: