-- А это -- глядя, в каком городе приключится. Если здесь, то с Плашкоутного моста, если в Москве -- с Москворецкого, если в Питере -- с Николаевского... Была бы вода глубока, а мост найдется!
* * *
Ну-с, играла я, играла, проигрывалась да проигрывалась -- моя чековая книжка истощилась, и наконец Галактион, побывав в Москве -- едва ли не нарочно за тем приезжал, хотя и уверял, будто по делу,-- прочел мне строгую нотацию, что так нельзя. Ему для меня ничего не жаль, но он далеко не миллионер, а я трачу деньги, словно печку ими топлю. Выговор я приняла со смирением: в самом деле чувствовала себя уж очень виноватой. Перед отъездом обратно в Нижний Галактион пересмотрел все мои bijoux -- под тем предлогом, будто хочет видеть, чего у меня недостает, чтобы в следующий приезд привезти. Врал: просто хотел проверить, не продаю ли я уже или не закладываю ли подаренных им вещей.
Нет, этого еще не было. Хотя соблазн к тому не раз бывал в трудные минуты проигрышей, но меня сдерживала Дросида:
-- Барышня, лучше каким угодно тяжелым долгом обязаться, только не закладайте вещей... Это вам на верную ссору с Галактионом... Погодите денек-другой, я вам достану! Уж я вам достану!
И вправду доставала. На каких условиях, это счет особый: говорю же вам, игроки, а в особенности игрицы, с условиями не считаются. Но доставала.
Однако пришел наконец и такой день, что говорит -- достать нельзя. А у меня не только нет ни гроша на игру, но уже третьи сутки лежала на туалетном столике маленькая бумажка, что по иску г-жи Федотовой в 350 рублей по неоплаченному счету выдан ей в размере означенной суммы на меня исполнительный лист. Значит, каждую минуту жди визита судебного пристава...
Командую Дросиде:
-- Нечего делать. Мне с Федотовой не ссориться из-за 350 рублей. Вот тебе брошь и серьги. Скачи в ломбард, заложи.
Но она: