Предложение это Симеон слышал уже не в первый раз, привык к нему, как к своеобразному чудачеству своей собеседницы, и потому отвечал со спокойною сдержанностью, нисколько не боясь Эмилию Федоровну обидеть:
-- Ты знаешь мои взгляды на брак.
Она опять откинулась навзничь, точно он ее ударил, и долго лежала молча, с закрытыми глазами.
-- Да, в ландыши я не гожусь! -- услышал он наконец и, тоже помолчав в искусственной, нарочной паузе, потому что ответ его был готов сразу, произнес тихо, интимно:
-- А я злопамятен и ревнив к прошлому.
Она поймала звук неуверенности в его голосе, и улыбнулась про себя, и не дала Симеону оставить за собою последнее слово.
-- Которое сам сделал! -- строго подчеркнула она.
-- Не один я! -- смело и сухо огрызнулся Симеон.
Этого пункта в спорах со старою своею приятельницею он никогда не боялся. Эмилия не нашлась, что возразить, и промолчала. Она лежала и думала, Симеон молчал и курил.
-- Жаль, что бастуешь, -- сказала Эмилия наконец.-- Аника мой страх в гору идет. Баллотировался бы ты в предводители. Год за год, ступенька за ступенькою я тебя в министры вывела бы.