Симеон кивнул головою.
-- И мечтаю.
-- Не похоже...
-- Женюсь на той, которую полюблю, -- объяснил Симеон.
-- А она?
Он горько усмехнулся.
-- А она мне верна будет. Я стану ее беречь как зеницу ока, и она мне будет верна. Дети будут... много детей... хороших... Сарай-Бермятовых!
Алмазные глаза Эмилии Федоровны затуманились не то презрением, не то жалостью.
-- Это... любовь?-- спросила она с расстановкою. Он пожал плечами.
-- Чего же ты хочешь? Я не дурак и знаю жизнь. В мои годы, с моей изломанной жизнью я не могу рассчитывать на большее... Ландыши отлично растут на перегное и, вероятно, очень ему благодарны за питание, но вряд ли они пылают к нему нежною страстью.