Ах, будет ли назад?
-- Буду, сокровище, буду, -- невольно усмехнулся Виктор.
Модест, словно польщенный, что вызвал улыбку на лице сурового брата, опустил ноги, перестал орать и заговорил проникновенным тоном обычного ему глубокомысленного шутовства, в котором всегда было трудно разобраться, где шутка разграничена с серьезом.
-- Люблю я внезапные отъезды твои. Приятно видеть человека, у которого на лице написано сознание, что, перемещаясь из города в город, он творит какие-то необыкновенно серьезные результаты.
Виктор пожал плечами.
-- Если дело ждет в Москве или Петербурге, полагаю, что напрасно сидеть в Одессе или Киеве.
-- Ерунда! -- сказал Модест.
-- Что ерунда?-- удивился Виктор.
-- Москва, Киев, Одесса. Все города равны, как царство великого зверя.
-- И все -- ерунда?-- усмехнулся Виктор.