В 1926 году он приезжал на побывку во Францию, был мимолетно и в Италии, но нам не удалось встретиться. Где он сейчас, не могу сказать с уверенностью. Думаю, что там, в Марокко. Взялся за гуж, не говори, что не дюж, - тянешь военную лямку, дотягивай до генеральских чинов и постов.
Ценят Пешкова чрезвычайно, но служебный ход его нельзя назвать быстрым. По своим заслугам мог бы быть уже полковником. Производство тормозят иностранное происхождение вообще, и - как писал мне о том однажды Савинков - все-таки выплывающие время от времени из тумана, по чьему-либо враждебному вызову, имена и тени братцев Свердловых.
Поэтому, сдается мне, гораздо лучше раз навсегда покончить с вуалированием этого "секрета Полишинеля", вносящим в честную и смелую жизнь Пешкова ненужную и опасную двусмысленность. И грешно, и смешно, и дико, несправедливо делать заслуженного контрреволюционера Зиновия Пешкова без вины виноватым ответчиком за грехи революционеров-архибольшевиков Свердловых.
По логике родственной ответственности, - увы, слишком часто торжествующей над обществом по силе глупости и зложелательства, одержащих большинство людей, пожалуй, ведь выходит и то, что Авель Каином убит-то, конечно, убит, но и сам был подозрительною личностью, ибо, вон видите, - имел братом Каина! К слову сказать, я нисколько не сомневаюсь в том, что попади курьер Антанты Зиновий Пешков в 1917 - 1920 годах в лапы большевиков, его братья, может быть, сами и не приложили бы рук к истреблению сего Авеля, но и пальцем не шевельнули бы для того, чтобы его не обработали по способу Каина Урицкий или Дзержинский. Ибо были (впрочем, один из Свердловых, "Венька", т.е. Вениамин, кажется, еще жив?) большевики из безоговорочных, фанатики без компромиссов.
О женитьбе Зиновия Пешкова на итальянке впервые слышу. Однако оспаривать не смею, только недоумеваю: когда же это его умудрило? С русскою своею супругою он давно разошелся, и она вот действительно вышла замуж за итальянца. Не смешали ли? Во всяком случае, это что-то новенькое и совсем недавнее. Но, по правде сказать, в этом отношении жизнь Зиновия Пешкова превосходно укладывается в знаменитый диалог из "Каменного гостя":
- Что ж? Вслед за ней другие были?
- Правда.
- А живы будем, будут и другие.
- И то.
- Теперь, которую в Марокко, искать мы будем?"