Иванъ смутился.
— Да съ какой же стати?
— Никогда? — капризнымъ голосомъ настаивалъ Модестъ.
Иванъ даже бурый сталъ отъ румянца.
— Видишь-ли… Если хочешь… То есть… Вскорѣ послѣ производства… въ полку…
— Ну? — живо обернулся къ нему Модестъ.
— Да ничего особеннаго… Одна этакая… ну, дѣвка то есть… часы y меня стащила…
— Ну? — уже разочарованно повторилъ Модестъ.
— Ну, не выдержалъ, далъ по рожѣ. Не воруй.
— Въ кровь? — жадно спросилъ Модестъ, какъ бы хватаясь хоть за сію-то послѣднюю надежду на сильное ощущеніе.