Женщина въ платкѣ промолчала.
— Слышала? — гнѣвно прикрикнулъ Симеонъ.
Она не подняла рѣсницъ и не измѣнила выраженія лица, когда отвѣчала:
— Копію вы имѣли, a подлинникъ мнѣ самой нуженъ.
Симеонъ, стоя предъ нею, ударилъ себя ладонью въ грудь и заговорилъ, убѣждая, быстро, порывисто:
— Сплетня плыветъ, Мерезовъ въ городѣ… пойми ты! пойми!.. Вѣдь мы на ниточкѣ висимъ. Стоитъ прокурорскому надзору прислушаться, — и аминь… Сыскъ…Слѣдствіе… Судъ… Пойми!
— Не пугайте, — холодно возразила Епистимія, — не вчера изъ деревни пріѣхала.
A онъ грозилъ ей пальцемъ и голосомъ:
— Пойдешь, за сокрытіе завѣщанія, куда Макаръ телятъ не гонялъ.
Епистимія, подъ платкомъ своимъ, передернула острыми плечами.