Митя! Лида! что это я дозваться никого не могу? Ребятки! гдѣ вы?
Синевъ. Степанъ Ильичъ идетъ сюда... Я слишкомъ взволнованъ, чтобы встрѣтиться теперь съ нимъ... Извинитесь за меня... До свиданья.
Сердецкій. До свиданья. Но... Петръ Дмитріевичъ!
Синевъ. Я сказалъ вамъ: буду ждать, пока могу... а потомъ не не взыщите!
Уходить.
Занавѣсъ
Картина II.
Тамъ же
Людмила Александровна. Леони. Синевъ.
Леони. Да, mаdаme, это были ужасные дни... Я постарѣла въ одну недѣлю на десять лѣтъ... О, я знаю! о немъ говорятъ, что онъ былъ дурной человѣкъ, деспотъ, тиранъ... Можетъ быть... мнѣ все равно! Я любила его, mаdаme. Я едва не сошла съ ума, когда его убили. И они, ces brigаnds de policiers, имѣли наглость подозрѣвать меня... Monsieur Синевъ былъ такъ добръ, принялъ во мнѣ участіе, доказалъ мою невиновность... Безъ него... Ахъ, страшно подумать, что сталось бы со мною.