Матрена. Ну, что ужъ...
Князь. Жениховъ для нея по нашему краю нѣтъ.
Подступаетъ къ ней.
Ты ей внуши! внуши!
Матрена. Слушаю, батюшка... A молоденькихъ, до тридцати лѣтъ, сказываютъ, ваше сіятельство, и не постригаютъ будто закона на то нѣтъ?
Князь. Знаю. Кабы не это, я бы ее въ монастырѣ воспиталъ, a не въ Волкоярѣ. Глаза намозолила.
Матрена. На житье отдать,-- княжну каждый монастырь съ радостью приметъ.
Князь. A она изъ монастыря-то убѣжитъ, и замужъ выскочить? Спасибо... Нѣтъ, мы лучше своимъ глазомъ досмотримъ...
Матрена. Какъ прикажете. Оно конечно: свой глазокъ смотрокъ.
Князь. Только прозѣвай, ее украдутъ, уводомъ уведутъ... Собой недурна... Сосѣди нищіе, жадные... Небось, такъ и шнырять вокругъ флигеля-то? А?