-- Мой брать, вмѣстѣ взяли.
-- А, твой братъ. Такъ бы и говорилъ. Брата твоего мы разстрѣляемъ.
-- Какъ, почему, за что?
-- Такъ: ты откупился,-- ступай себѣ, уходи. А брата разстрѣляемъ.
-- Но мы же вмѣстѣ откупались. Вы приказали. Сколько велѣно, я принесъ. За обоихъ вмѣстѣ.
Онъ, дьяволъ, только усмѣхается.
-- Окрестись, парень. Это двоихъ-то васъ отпустить за пятьсотъ рублей? Товариществу расчета нѣтъ. Своя шкура дороже.
-- Но ты же самъ назначилъ?
-- Мало ли, что я назначилъ. Тогда назначилъ, а потомъ передумалъ. Ошибся, стало быть, въ своей выгодѣ. Товарищество не дозволяетъ, не расчетъ. Съ насъ тоже за вашего брата, бѣглыхъ, начальство-то -- и-и-и!-- какъ взыскиваетъ. Нечего больше разговаривать: ты свободенъ, а брата -- подъ разстрѣлъ.
Понялъ я: новый торгъ начинается. Устроили базаръ жизни, крови и слезъ человѣческихъ!