И всюду страсти роковыя,
И отъ судебъ защиты нѣтъ.
Пушкинъ.
Тамара Дзнеладзе, крестьянская дѣвушка изъ небольшого аула подъ Пасанауромъ, пошла съ подругами на гору за орѣхами. Не прошло и часа, какъ подруги прибѣжали обратно въ селеніе и съ испугомъ объявили, что Тамара сорвалась со скалы и теперь лежитъ полумертвая на старой гудамакарской дорогѣ. Когда Тамару подняли, она еще была жива, узнала отца, мать, семилѣтнюю сестренку Нину и своего жениха Фидо, лучшаго охотника пасанаурскаго околотка, богатаго, хорошаго крестьянина.
-- Жизнь моя! душа моя! -- плакалъ надъ невѣстой силачъ Фидо, -- что-же ты надѣлала? какъ же я теперь буду? на кого ты меня оставляешь?
Умирающая посмотрѣла на него и перевела уже останавливающійся взоръ на маленькую Нину:
-- Вотъ на кого... прошептала она, -- женись на ней, когда она вырастетъ... Ты, Нина, выйди за него... Выйдешь?
-- Выйду, -- сказала Нина, которой Фидо всякій разъ, какъ приходилъ въ саклю Дзнеладзе, приносилъ либо пряникъ, либо игрушку; она его за это очень любила. Тамара улыбнулась и закрыла глаза съ тѣмъ, чтобы не открывать ихъ больше.
Дѣвушку похоронили. Фидо-же взялъ ружье на плечи, заперъ свое хозяйство на замокъ, повѣсилъ ключъ на крестъ, свиснулъ собаку и ушелъ въ горы. Рѣдко съ тѣхъ поръ показывался онъ въ деревнѣ и ненадолго: проживетъ день-два, а тамъ и опять пропадетъ мѣсяца на три. Приходя въ деревню, онъ всегда приносилъ семьѣ Дзнеладзе подарки, присылалъ ихъ и издалека, черезъ чужихъ людей.
День-въ-день спустя семь лѣтъ послѣ смерти Тамары, Фидо въ праздничномъ нарядѣ появился въ саклѣ ея отца и потребовалъ, чтобы отдали за него Нину. Старый Дзнеладзе изумился: