-- Но-о-о-о?! Елена!!!
Савицкая остановила мужа, даже подъявшего к потолку изумленные длани с дымящеюся сигарою, повелительным, твердым жестом.
-- Это мое решение. Непреклонное. Неизменное. Не беспокойся, пожалуйста. Берлоге оно будет только приятно. Ему не такая Тамара нужна. Сам только что сейчас здесь распространялся...
Рахе с досадою щипал бороденку, мотая головою.
-- Ah! Worte, Worte, Worte! {Ах! Слова, слова, слова! (нем.)} Ты говоришь слова, в которые нет смысл и дело.
-- Я пою "Демона", но без Берлоги.
-- Сбора не будет, Елена Сергеевна,-- осмелился вставить слово Риммер и спохватился: директриса обратила к нему лицо, какого он не видал у нее за все тринадцать лет службы.
-- Да?! Не будет сбора? При моем участии? Это вы -- мне в глаза?!
Голос ее вырос до жестких, стальных каких-то звуков, лицо стало красно, и зубы открылись, и все тело напряглось враждебною энергией, как один взбудораженный мускул.
-- Помилуйте, Елена Сергеевна...