-- А зачем же вы не изволили прочитать ее в четыре часа дня? Надо было прочитать в четыре часа дня.
-- Очень много помогло бы это!-- презрительно бросила ему Савицкая.-- Вы сами, полковник, понимаете, что анонс не может быть оповещен по городу в какие-нибудь три-четыре часа.
-- Тем не менее,-- возразил Брыкаев,-- вы сами констатируете, что и в эти три-четыре часа дирекцией не было принято никаких мер.
-- Я же говорю вам, что меня даже не было в театре.
-- Согласитесь, что мы не виноваты, если вы не изволите бывать в своем театре.
Тон полицеймейстера был вежлив, но проскакивали в нем двусмысленные вызывающие ноты, говорившие Савицкой о внезапной, новой, тайной вражде.
"Что-то не чисто,-- подумала она,-- слишком много готовности принять скандал".
И -- уже готовая было вспыхнуть -- она овладела собою.
-- Мой контракт; на который вы ссылаетесь,-- начала онахолод-но и веско,-- не обязывает меня проводить в театре 24 часа в сутки. Но сегодня,-- уж если на то пошло,-- я не могла быть в теэтре именно по вине городской администрации. Потому что сегодня меня вызывал генерал-губернатор. В то время как вы прислали мне свою бумагу, я свдела в приемной его превосходительства... Могу прибавить, что в беседе его со мною не было ни одного слова о распоряжении, которое вы нам предъявляете.
Брыкаев осекся и сел, но не сдался.