-- У тебя там и школы, и больницы, и народный дом, и жилища усовершенствованные...
Сила утирался фуляром и говорил:
-- Не то-с... Все равно что голодному -- мармеладина в рот... Не то-с!
-- Чего же тебе еще надо?
-- То-то вот и говорю: кабы знатье-то!
-- Ну, брат, это сказка про белого бычка!
А задумчивый Сила твердил:
-- Что я рабочего своего лучше знаю, чем многие другие хозяева, с тем я, пожалуй, согласен-с. Да ведь -- как знаю? Этак вон опять скажу, и содержатели зверинцев полагают, будто они своих зверей знают. А который из них в душе у своего зверя был? который в состоянии львиное сердце понять? мысли его прочитать? чувства его воспринять? К тому только и сводится знатье их, что столько-то раз в день накорми, да тогда-то из кишки водою облей, да -- эйн, цвей, дрей... гоп!.. через обруч!.. Один укротитель мне хвалился даже, будто звери его любят: "Верю им,-- хвастает,-- больше, чем детям родным". Я и говорю ему: "Отчего же вы, сэр, никогда не становитесь к ним спиною?.." А он в ответ: "Помилуйте! как можно? разорвут!.."
Сила вытирался фуляром. Берлога хохотал, но спорил:
-- Однако тебя рабочие действительно любят?