Которая волна будет кровью гореть,
Та самая волна есть моя!
Лихом не поминай, а я тебя буду помнить до гроба с всегдашнею благодарностью!
Искренно тебе дружелюбный и преданный, сегодня еще
Сергей Аристонов,
а завтра уже никому не известный
Нэмо
-- Что такое? Пьяный, что ли, писал? На смех? Новое дурачество затеял?
Но, вникая в письмо, Елизавета Вадимовна пришла к убеждению, что в нескладных строках его не слышно того капризно-самодурского тона, к которому она привыкла от Сережки: дышало за ними какое-то новое, серьезное вдохновение...
-- Завещание мое -- говорит... Куда же это он шею свою ломать отправился?