-- Ангел мой, -- ввязывался Леман, -- говорят "дуэт", а не дует. Дует из окна, а дуэт из оперы.
-- Ну, дуэт, -- не все тебе, вихрастому бесу, равно? Из "Гугенотов"... есть такая опера. Голосочки наши вам, господа компания, известны. Выучили мы уроки, приходим к маэстре... "Кантато?" -- "Чрезвычайно как много кантато, маэстро". -- "Ведремо..." И зовет к пьянину-с. У Амальхен сейчас бледный колер по лику и трясение в поджилках. Потому они, по дамской слабости, маэстру ужас как обожают, а боятся, так даже до трепета-с. А мне так довольно даже все равно.
-- Неправда, неправда,-- обличала Амалия, -- и вы тоже боитесь.
Франческо изображал на лице своем величайшее, почти негодующее изумление.
-- Я?
И повторял для вразумительности по-итальянски:
-- Io? {Я? (ит.). }
И с решительностью делал пред носом своим итальянский жест отрицания одним указательным пальцем:
-- Mai! {Нет; никогда! (ит.). }
-- Еще как боитесь-то. Всякий раз, как идти на урок, коньяк пьете.