Глава V (в сокращении)
Современное еврейское народное творчество не только усвоило библейские формы, образы и термины, но и всецело проникнуто тем же направлением и основной тенденцией, что и старое национальное творчество, а именно, что духовное совершенство, праведная жизнь, а главным образом умственное развитие, олицетворенное в изучении Торы,-- единственная цель жизни и высшее благо человека на земле; что это совершенство дает человеку универсальную силу, возвышает его до степени божественности и покоряет к его ногам самую могучую материальную, физическую силу, которая является синонимом грубости и глупости.
В оригинальных сказках и песнях, как и в произведениях национального творчества, совершенно отсутствует героический элемент, отсутствуют мотивы борьбы на почве материальной, физической силы. Большинство еврейских сказок, особенно детских, начинается вместо традиционного "Жил дед да баба" или "царь и царица" -- словами "Жил раввин и раввинша" (отсюда и взялась поговорка: "Раввин и раввинша -- целая сказка, раввин без раввинши -- полсказки, раввинша без раввина -- совсем не сказка"); большинство легенд, даже некоторые из заимствованных, приурочено к именам тех или других праведников-чудотворцев.
Главным мотивом почти всех легенд и большинства сказок является стремление человека к Торе, борьба с материальными условиями за возможность всецело отдаться ее изучению и изображение великого духовного могущества тех, которым удалось проникнуть в ее глубокие тайны. "Тора не имеет дна", "Тора безбрежна, как океан", "Тора -- лучший товар", "Где Тора, там и мудрость" и т. д.-- гласят еврейские поговорки. Эта же тенденция проходит нитью и в сказках, и в легендах. Тесная связь с Торой начинается у еврея еще до его рождения.
По еврейскому поверию все еврейские души присутствовали на Синае во время дачи евреям Торы (отсюда поговорка: "И моя душа была на Синае"). Во время пребывания ребенка в утробе матери к нему прилетает ангел и учит его всей Торе, но перед самым рождением он дает ему щелчок в нос, и ребенок все забывает (отсюда выражение относительного умного ребенка: "Ангел забыл дать ему щелчок в нос"). Но бывают такие исключительные еврейские души, которые или не все забывают, или быстро вспоминают забытое.
Будущий праведник обыкновенно родится несколько чудесным образом. Он почти всегда сын старых родителей, которые, оставаясь бездетными, долго молили Бога о потомстве. Затем в сонном видении или наяву, через Илью-пророка или праведника, они извещаются, что у них родится сын, который будет "светочем Торы". Будущий праведник, герой сказки или легенды, иногда сейчас же после рождения начинает говорить пророчества и открывать "тайны тайн" (вследствие этого его иногда даже "берут назад").
Но большей частью развитие праведника идет постепенно. Он растет, как и герой христианской сказки, "не по дням, а по часам", только не в физическом отношении, а в духовном: в 3 года он уже знает всю Библию, в 7 лет -- всю Тору, а в 10 лет он уже произносит "Дроше" (нечто среднее между лекцией и проповедью) и открывает тайны тайн. А затем он уже всю жизнь изучает (один или под руководством ангела, Ильи-пророка, отца-талмудиста и т. п.) таинства Торы.
И вот это-то учение Торы дает праведнику сверхъестественную силу: он предвидит будущее, знает, что происходит на земле и небе, может при помощи "полного Божьего имени" ("Шем-гамефойрош") или молитвы совершать чудеса, до воскрешения мертвых и разрушении мира включительно. При этом праведник во время изучения Торы бывает окружен сиянием, ярким светом, пламенем, огненными столбами; вокруг него разлито благоухание и т. д.
И поскольку велика и безгранична духовная мощь праведника, постольку же он немощен бывает физически. Отсутствие физической силы выдвигается как обязательная особенность праведника, который "не имеет удовольствия от сего мира", постится целыми неделями и т. д. Легенда не знает для праведника более высокой похвалы, как выражение: "Это была душа без тела". Те же самые мотивы, которые были отмечены нами в народной сказке, находим мы и в народной песне.
И там на первом месте стоит Тора, которая не только воспевается сама по себе, как "дочь Бога", но и выступает как высшее благо человека во всех периодах его жизни, от колыбели до могилы.