Теперь уж дереву нельзя было трепетать. Это было ужасно. Но елке было так жаль и обидно потерять хоть что-нибудь из своих украшений, так что волей-неволей надо было сдерживать себя; елочка была положительно ошеломлена всем этим великолепием.
Вдруг распахнулись двери, и в комнату ворвалась целая толпа детей, с такой стремительностью, как будто они хотели всё дерево опрокинуть. За детьми шли взрослые.
Первое время дети стояли в нерешительности, но только одно мгновение, а затем они зашумели, запрыгали, стали плясать хороводом вокруг елки и срывали с ветвей одно лакомство за другим.
- "Что это они делают? - думала елка. - Что же будет после этого?"
Между тем свечки догорели почти до самых веток, и их потушили. Теперь детям дали полную волю обобрать все игрушки и сласти с елки... Стремительно бросились они на дерево, так что только ветки его затрещали, и если бы елка не была крепко привязана вершинкой к потолку, - они бы свалили ее на землю.
Дети танцевали вокруг неё с сорванными игрушками и сластями... А на нее, на елку, никто уже внимания не обращал, кроме няни, которая высматривала, не осталось ли между ветвями несорванного лакомства или яблока.
- Сказку!.. Сказку!.. - закричали вдруг дети и потащили к елке маленького, толстого человечка, и он сел как раз под ветвями елки.
- Таким образом, мы под сенью дерева, - заметил он, - да, кстати, и елка не без пользы послушает нашу сказку. Но только - чур, я расскажу вам только одну сказку. Какую вы хотите? Про "Иведе и Аведе" или про "Клумпе-Думпе"?
- "Иведе-Аведе"! - закричали одни.
- "Клумпе-Думпе"!.. - откликнулись другие.