И мать посмотрѣла въ колодецъ и съ восторгомъ увидѣла, какъ одинъ изъ цвѣтковъ былъ благодатью для всего свѣта, какъ много счастья и радости онъ разливалъ вокругъ себя. И увидала она также жизнь другого,-- но въ ней было одно только горе и нужда, скорбь и отчаяніе.
-- И то, и другое -- Божья воля!-- сказала Смерть.
-- Который изъ нихъ цвѣтокъ несчастія, и который -- цвѣтокъ счастья?-- спросила мать.
-- Этого я не скажу тебѣ,-- отвѣчала Смерть.-- Знай только, что одинъ изъ нихъ -- цвѣтокъ твоего собственнаго ребенка. Ты видѣла тутъ его участь, всю будущность твоего дитяти.
Тогда мать воскликнула въ ужасѣ:
-- Который-же изъ нихъ цвѣтокъ моего ребенка? Скажи мнѣ это! Освободи невинное дитя! Избавь моего ребенка отъ всѣхъ этихъ несчастій! Возьми его лучше! унеси въ царство Божіе! Забудь мои слезы, мольбы, забудь все, что я говорила и дѣлала!
-- Я не понимаю тебя!-- сказала Смерть.-- Чего-же ты хочешь: чтобы я отдала тебѣ ребенка или унесла его въ ту страну, о которой ты ничего не знаешь?
Тогда мать сложила руки, пала на колѣни и стала молиться:-- "Господи, не внемли моимъ мольбамъ, если я прошу у тебя чего-нибудь противъ Твоей воли! Тебѣ лучше знать! Не внемли мнѣ! не внемли мнѣ!"
И голова ея поникла на грудь.
А Смерть понесла ея ребенка въ невѣдомую страну.