-- Ну, это что-то из мифологии! -- сказала мамаша.
На другой день молодая чета отправилась в Копенгаген; мамаша последовала за ними -- взять на себя грубую часть семейной жизни, хозяйство. Кала пусть живет, как в кукольном домике! Все такое новое, блестящее, красивое! Ну, вот наконец все трое и сидели в своем домике. Альфред -- тот сидел, по пословице, словно епископ в гусином гнезде.
Его околдовала красота форм, он видел только футляр, а не то, что в нем, а это большой промах, особенно если дело идет о браке! Износится футляр, сотрется позолота, и пожалеешь о покупке. Ужасно неприятно заметить в гостях, что у тебя оторвались пуговицы у подтяжек, что пряжки ненадежны, что их совсем нет, но еще неприятнее замечать, что жена твоя и теща говорят глупости, и не быть уверенным, что всегда найдешь случай затушевать глупость остроумною шуткой.
Часто молодая чета сидела рука об руку; он говорил, она изредка роняла слово, -- тот же тон, те же два-три мелодичных звука... София, подруга новобрачной, вносила с собою в дом освежающую струю.
София красотою не отличалась, но и изъянов не имела. Правда, по словам Калы, она была слегка кривобока, но это мог заметить лишь глаз подруги. София была девушка умная, но ей и в голову не приходило, что она может стать опасною. Она вносила в кукольный домик струю свежего воздуха, а здесь-таки чувствовался в нем недостаток. Все понимали это, всем хотелось проветриться, и решили проветриться: теща и молодые новобрачные отправились в Италию.
-- Слава богу, вот мы и опять дома! -- сказали мамаша и дочка, вернувшись через год вместе с Альфредом на родину.
-- Ничего нет хорошего в путешествии! -- говорила мамаша. -- Даже скучно! Извините за откровенность! Я просто соскучилась, хотя со мною и были дети. А как это дорого, как дорого! Все-то галереи надо осмотреть, все обегать! Нельзя же: приедешь домой, спросят обо всем! И все-таки в конце концов узнаешь, что самого-то лучшего и не видали! А эти бесконечные, вечные мадонны надоели мне вот до чего!.. Право, того и гляди, сама станешь мадонной!
-- А стол-то! -- говорила Кала.
-- Даже порядочного бульона не достанешь! -- подхватывала мамаша. -- Просто беда с их стряпней!
Кала была очень утомлена путешествием, сильно утомлена и -- что хуже всего -- никак не могла оправиться. София переселилась к ним совсем и была очень полезна в доме.