-- Скажите мне только пожалуйста, где мост? -- сказал он. -- Какое безобразие, что здесь нет ни одного фонаря и грязь, как в болоте!
Но чем больше разговаривал он с перевозчиками, тем меньше понимал их.
-- Я ваш дурацкий жаргон не понимаю! -- сказал он, наконец, выйдя из себя, и повернулся к ним спиной. Но моста всё-таки не было, не было и перил. -- Возмутительное безобразие творится тут! -- сказал он.
В этот вечер в особенности его возмущали порядки времен, в которые приходилось жить.
"Придется нанять извозчика, -- решил он. -- Да, но куда они запропастились? Хоть бы один, назло, проехал. Придется вернуться обратно к Королевскому рынку, -- они там стоят обыкновенно, а то ведь этак домой и не попаду".
Опять пошел он назад по Западной улице и почти уже дошел до конца, когда, наконец, выплыл месяц.
-- Боже мой! Это что за новая постройка! воскликнул он, увидав Западные ворота, которые в ту эпоху находились в конце улицы.
Один пропуск он нашел еще открытым и выбрался на Королевский рынок, но вместо знакомой площади перед ним открылся большой луг, перерезанный широким каналом и поросший кустами. По другую сторону канала торчали жалкие деревянные будки -- пристанище голландских моряков.
-- Или это мираж, или я пьян! -- застонал статский советник. -- Что же это такое?
Он опять пошел назад, в полной уверенности, что с ним делается что-то неладное. Шагая по улице, он внимательнее присматривался к домам; некоторые были сложены из земляного кирпича и покрыты соломой.