Уж как ей хотелось взобраться на край колодца, поглядеть на белый свет! Её так и тянуло кверху! И вот, на следующее утро, ведро с водой случайно приостановилось перед камнем, на котором сидела жаба... Сердечко у неё так и ёкнуло, миг -- и она прыгнула в ведро и погрузилась на дно.
Ведро вытянули, и воду выплеснули.
-- Ах, что б тебе! -- вскрикнул парень, увидав жабу. -- Такой гадины я ещё не видывал! -- И он ткнул её ногой в деревянном башмаке, так что чуть не изувечил бедняжку. Жаба едва спаслась в высокую крапиву. Тут она стала оглядываться: стебли стояли рядышком один возле другого, а вверху, сквозь листья, просвечивало солнышко, так что листья казались совсем прозрачными. Для жабы разгуливать в крапиве было то же, что для нас гулять в густом лесу, где сквозь листву просвечивает солнышко.
-- Здесь куда лучше, чем у нас в колодце! Право, так бы и осталась тут навсегда! -- сказала жаба. Прошёл час, прошёл другой, а она всё лежала в крапиве. -- А что же там, дальше? Если уж я зашла так далеко, надо идти и дальше!
И она поползла, как могла скорее, и выползла на дорогу. Солнышко пригревало её, пыль пудрила, а она себе ползла да ползла через дорогу.
-- Вот тут так сушь да гладь! -- сказала она. -- Право, тут уж больно хорошо! Мне просто щекотно от удовольствия!
Вот она доплелась до канавы, обросшей по краям незабудками и таволгою. Повыше же шла живая изгородь из бузины, белого тёрна и вьюнка. Да, много тут было цветов! Просто загляденье! Вот вспорхнула бабочка, и жаба приняла её за цветок, который сорвался со стебелька, чтобы лучше познакомиться с белым светом. Что ж, жаба отлично это понимала! -- Вот бы полететь, как он! -- сказала она. -- Квак! Ах! Что за красота!
Целую неделю прожила она у канавы; недостатка в пище тут не было. Но на девятый день жаба подумала: "Пора дальше! Вперёд! Поищу ещё чего-нибудь получше!" Но что же могла она найти? Может быть, подружку-жабу или зелёных лягушек! Ночью ветер доносил до неё кваканье; должно быть, поблизости жила родня.
"Как хорошо жить на свете, выбраться из колодца, лежать в крапиве, ползать по пыльной дороге и нежиться в сырой канаве! Но дальше, дальше! Надо отыскать лягушек или подружку-жабу! Без этого обойтись нельзя, одной природы мало!" И она опять пустилась в путь.
Вот она доползла до большого пруда, поросшего тростником. Туда она и забралась.