--

1412

1929

1232 чел.

Такимъ образомъ, если читатель будетъ разсматривать эти числа, вмѣстѣ съ числами нищихъ, поступавшихъ для "распредѣленія" въ петербургскій комитетъ за тоже время, то онъ самъ увидитъ, что разница между ними самая незначительная. Недостаетъ только тѣхъ, кому благотворительное заведеніе оказало существенную помощь: -- отправило на родину съ пособіемъ (?), опредѣлило на мѣста въ услуженіе (?) и помѣстило въ богадѣльни и другія подобныя учрежденія. Впрочемъ, процентъ послѣднихъ счастливцевъ былъ весьма незначителенъ: изъ нихъ только одному изъ шестидесяти одного удалось достичь обѣтованной земли, т. е. богадѣльни или больницы съ нероскошнымъ, но вкуснымъ столомъ и теплой квартирой; для прочихъ же существовала слѣдующая пропорція: 1 изъ 10 получалъ мѣсто въ услуженіи (на которое, конечно, изъявлялъ желаніе поступить только потому, что не желалъ быть "препровожденнымъ" на родину), 1 изъ 16 отправлялся на родину съ пособіемъ (?), 1 изъ 3 безъ пособія, если отправку "на казенный счетъ" не считать пособіемъ, 1 изъ 8 передавался на благоусмотрѣніе подлежащихъ властей для поступленія по закону и проч. Но что въ особенности заставляетъ обращать на себя вниманіе-это пропорція облагодѣтельствуемыхъ дѣтей. Извѣстно, что если и нужно когда нибудь исправлять человѣка, то это въ его несовершеннолѣтнемъ возрастѣ. Ребенокъ -- воскъ, изъ котораго можно лѣпить какую угодно высоконравственную фигуру, говорятъ всѣ просвѣщенные люди. Такого удобнаго матеріала для созиданія у насъ добрыхъ нравовъ было доставлено къ разбирательству въ петербургскій комитетъ съ 1853 года по Ï857 годъ -- 278 чел. и только 15 изъ нихъ удостоились быть отданными на воспитаніе и обученіе мастерствамъ; прочіе же 263 возвращены къ своимъ мирнымъ и оставленнымъ занятіямъ... Но и это еще милость Божья, за которую родители и родственники удостоившихся должны вѣчно быть признательными петербургскому комитету; московскій попечительный комитетъ и этого не сдѣлалъ. Изъ всѣхъ дѣтей, доставленныхъ ему за тоже время бдительными городовыми (ихъ число въ отчетахъ не поименовано, но принимая во вниманіе особенное усердіе московскихъ будочниковъ передъ петербургскими на поприщѣ изловленія людей въ нищенскомъ образѣ, чему я самъ былъ неоднократно свидѣтель, и большее количество "подлежащихъ распредѣленію" нищихъ въ московскомъ комитетѣ, чѣмъ въ петербургскомъ, слѣдуетъ заключить, что въ первый число несовершеннолѣтнихъ дѣтей доставляется гораздо значительнѣй, чѣмъ во второй, т. е. относя это въ 1853--1857 водамъ нужно, слѣдовательно, цифру петербургскаго комитета -- 278 еще увеличить) изъ всѣхъ дѣтей, говорю я, доставленныхъ въ московское благотворительное заведеніе въ продолженіе цѣлыхъ пяти лѣтъ только одинъ былъ осчастливленъ отдачею въ какое-то ученье, прочіе же были подвергнуты общей участи.

Точно также заслуживаетъ вниманія и нисло смертныхъ случаевъ въ петербургскомъ попечительномъ комитетѣ. Въ тотъ же промежутокъ времени, о которомъ я говорю, въ стѣнахъ его умирали изъ 1000--23 человѣка, не считая того огромнаго числа, которые по слабости, дряхлости, болѣзни и проч. были отправляемы умирать въ помѣщикамъ, въ больницы, богадѣльни и другія благотворительныя заведенія.

Таковы въ главныхъ чертахъ средства, считавшіеся радикальными для кореннаго уничтоженія нищенства и измѣненія нашего экономическаго быта! Таковы пути, которыми хотѣли достигнуть исцѣленія страждущихъ, исправленія порочныхъ и призванія всѣхъ способныхъ трудиться въ мирнымъ и полезнымъ занятіямъ!

Очень естественно, что такой взглядъ на благотворительность не могъ долго оставаться въ обществѣ, по крайней мѣрѣ, болѣе лучшіе люди должны были скоро увидѣть всю его непослѣдовательность и нераціональность. И на самомъ дѣлѣ, почти въ самомъ началѣ занятій комитетовъ стали уже раздаваться въ литературѣ требованія другой благотворительности, болѣе человѣческой и разумной, въ которой людямъ, принявшимъ на себя нищенскій образъ предоставлялось бы больше возможности въ исправленію своихъ матеріальныхъ нуждъ и нравственныхъ недостатковъ. Тогда же въ первый разъ робко и смутно было высказано мнѣніе и о тѣхъ горькихъ послѣдствіяхъ, которыя ведетъ за собой частная благотворительность и вообще всякая подачка, развращающая человѣка. Но при всемъ этомъ, вѣра въ полезность комитетовъ все-таки еще оставалась крѣпкой, даже и въ ихъ убѣжденіяхъ, если только эти комитеты будутъ поставлены на болѣе практическую почву, перестанутъ ограничиваться одною пересылкой нищихъ, "начнутъ лѣyивыхъ обращать въ труду, не оставляя на ихъ собственный "произволъ", и заведутъ для такихъ людей работные дома, гдѣ бы они подъ надзоромъ(а по разумѣнію современнаго намъ г. Колюпанова еще подъ строгимъ надзоромъ) и за тихими занятіями могли бы исправляться. Собственно говоря, лучшими людьми этого еще весьма неотдаленнаго времени было понято только одно, что нищенство не можетъ быть пресѣчено благотворительностью, ибо для этого требуется нѣчто иное, болѣе основательное и существенное, и что всѣ заслуги комитетовъ, организованныхъ на правильныхъ началахъ, могутъ ограничиться только недопущеніемъ нищенства множиться и развиваться, удержаніемъ его въ извѣстныхъ границахъ. "Изъ таблицъ комитетовъ видно, что число ежегодно забираемыхъ столичными полиціями нищихъ не уменьшается; по крайней мѣрѣ, въ послѣдніе годы оставалось довольно значительнымъ,-- въ С.-Петербургѣ отъ 1,300 до 2,000 человѣкъ и больше; въ Москвѣ отъ 2 до 3 тысячъ. Изъ этого слѣдуетъ заключить, что едва ли возможно совершенно устранить причины, побуждающія въ прошенію милостыни; по думаемъ, что во всякомъ случаѣ можно, и даже безъ большихъ усилій, предупредить нищенство и не допускать его развиваться". ("Нищенство и благотворительность". М. Курбановскій. "Современникъ" 1860 года). Вся надежда такимъ образомъ сводилась на правильность устройства работныхъ домовъ и на обязательность труда, долженствовавшаго возбудить энергія), возстановить и укрѣпить упругость тѣхъ мускуловъ и той нервной системы) противъ которыхъ благовоспитанный читатель такъ неосновательно и неудачно пробовалъ возставать...

Но что такое правильно организованный домъ трудолюбія? Въ чемъ должна выражаться его организація? Какая можетъ быть построена правильность на обязательномъ трудѣ? Какимъ путемъ вытекаетъ изъ такого устройства нравственное усовершенствованіе человѣка? Не будетъ ли эта правильность отзываться правильностію обыкновенныхъ и достаточно зарекомендованнныхъ смотрительныхъ и рабочихъ домовъ?. и проч. На всѣ эти вопросы отвѣчаетъ каждому сама дѣйствительность. Судя потому, что подобныя заведенія въ этой дѣйствительности возникаютъ въ баснословномъ количествѣ, что почти при каждомъ попечительномъ комитетѣ существуютъ въ настоящее время мастерскія, обучающія съ великимъ успѣхомъ порочныхъ людей даже художествамъ, какъ напр., овчинниковская скульптурная мастерская въ Москвѣ, и, наконецъ, по отзывамъ просвѣщенныхъ особъ и по имѣющимся печатнымъ свѣденіямъ -- нельзя не заключить, что все идетъ тамъ въ большомъ порядкѣ и имѣетъ самый утѣшительный видъ...

Но какъ бы ни были велики порядки въ организаціи работныхъ домовъ и какъ бы не расширялись ихъ средства, занятія и слава, они все-таки не осуществятъ радостныхъ ожиданій. Тамъ, гдѣ нравственность человѣка хотятъ исправлять принужденіемъ, обязательнымъ трудомъ и насиліемъ, гдѣ, во что бы то ни стало, стараются доказать ему такими положительными средствами его порочность и необходимость возвышенія, тамъ, въ самыхъ субъектахъ попеченія рѣдко встрѣчается желаніе воспользоваться такими человѣколюбивыми заботами, и тамъ Почти всегда достигается обратное. Для нравственнаго перерожденія нужно личное желаніе, личное сознаніе необходимости такого перерожденія, личная готовность и требованіе. Только при такомъ условіи дѣло будетъ имѣть успѣхъ, и только этого условія никогда не встрѣтятъ просвѣщенные филантропы, вовсе несчитающіе его нужнымъ или вовсе непредполагающіе его существованія. Вѣдь безразсудно и дико было было бы, если бы филантропъ, хватая съ Невскаго перваго попавшагося прохожаго, отправь лядъ его въ себѣ въ кухню и приказывалъ бы усердно кормить. Столъ филантропа можетъ быть прекрасенъ, но также можетъ случиться, что этотъ первый попавшійся прохожій вовсе не чувствуетъ въ данную минуту никакой охоты даже къ самымъ лучшимъ лукуловскимъ блюдамъ. Представьте же теперь себѣ ужасъ этого несчастнаго, когда филантропъ, которому онъ служитъ предметомъ его опытовъ, замѣтивъ такое нежеланіе, и слѣдовательно упрямство и непониманіе прелестей лукуловскихъ блюдъ, приказываетъ насильно пихать ему въ ротъ очаровательныя явства!-- "Дуракъ, молъ, набитый! если самъ ничего не понимаешь, такъ дѣлай то, что люди приказываютъ"! Въ романѣ "Юрій Милославскій" выставленъ какой-то панъ, котораго, герой, послѣ очень сытной закуски, угощаетъ жаренымъ гусемъ съ горячимъ оружіемъ въ рукахъ. Гусь, по всей вѣроятности, былъ зажаренъ отлично, но несчастный панъ все-таки не могъ его ѣсть и желалъ въ эту минуту провалиться сквозь землю. Въ нравственной сферѣ человѣка существуетъ точно такое же правило; въ ней также проявляется голодъ, и сознаніе необходимости его удовлетворенія. Нужно только постараться, чтобы человѣкъ скорѣй переварилъ свою старую непитательную и дурную пищу и ощутилъ бы надобность въ новомъ пополненіи и возобновленіи...