Если подачка есть безнравственность, если филантропія есть зло, изобрѣтенное отягченнымъ желудкомъ и ведущее въ разврату, пошлости, безсилію и гибели,-- то чего же смотрѣть? Къ нимъ такъ и слѣдуетъ относиться, какъ въ безнравственности и злу... Этого требуетъ и разумъ, и справедливость, нераздѣльная съ величайшимъ ученіемъ о человѣческомъ счастьѣ.
Но подымемся ли мы до такой высоты?
Вся наша бѣда -- въ нашей убогости и пришибленности. Мы всѣ боимся и не осмѣливаемся смотрѣть дальше указанныхъ пятнадцати шаговъ; мы всѣ отмахиваемся и руками и ногами отъ правильнаго анализа, лишь только замѣчаемъ, что этотъ анализъ начинаетъ заводить насъ дальше отведенной намъ линіи; мы всѣ нерѣшаемся возвышаться до пониманія настоящей причины того или другого слѣдствія. Такая убогость заставляетъ всѣхъ насъ вѣчно ходить около истины, принимать слѣдствіе за причину, говорить вздоръ, приходить къ абсурду. Если, напр., является у насъ эпидемія и въ мастерскихъ, подвалахъ и въ селахъ люди начинаютъ валиться, какъ мухи, мы кричимъ, что это происходитъ отъ того, что не были строго соблюдаемы правила, предписанныя полиціей и не вездѣ стояли кадки съ ждановской жидкостью. Если намъ указываютъ на вашу смертность и говорятъ, что у насъ одинъ смертный случай приходится въ продолженіе извѣстнаго времени на двадцать семь живыхъ, мы, не желая и не осмѣливаясь браться за изысканіе настоящей причины, объясняемъ, что такова знать наша судьба {Вотъ эта таблица, заимствованная мною изъ "Общей Патологіи" Вагнера и Улэ:
Англія
1 : 51
Франція
1 : 39,7
Турція
1: 30
Германія