Е к а т е р и н а И в а н о в н а. Не знаю.
А л е к с е й. Но ведь ты же его любишь, Катя?
К о р о м ы с л о в. Постой, Алеша, так дело не делается. Одним словом, Катерина Ивановна, ваш муж приехал с нами, сидит сейчас в кустах и ждет вашего разрешения явиться сюда.
Е к а т е р и н а И в а н о в н а (вставая). Нет!
А л е к с е й. Катя, ну послушай же.
Е к а т е р и н а И в а н о в н а (незаметно кладя руку на сердце). Нет!
Молчание.
А л е к с е й (вставая, сурово). Значит, нам уезжать? Хорошо; едем, Коромыслов.
К о р о м ы с л о в (рукой усаживая его). Эх, Алексей, тут только начинается, а ты - едем... Дай человеку опомниться, не хватай его за горло.
А л е к с е й. Я не это ожидал встретить, Катя, когда ехал сюда. Неужели в тебе так мало великодушия! Когда я ехал сюда, я думал встретить ту Катерину Ивановну, чистую, великодушную, благородную, по отношению к которой только сумасшедший, как мой братец, мог возыметь какие-то подозрения. Катя!