-- Я люблю пьяниц.
И долго жалел о том, что не приняли пьяного, разгульного, но, видимо, не злого Б-ва.
После обеда, за чаем, коснулись вопроса об упадке литературы, и Лев Николаевич сказал:
-- Кто теперь пишет на Западе? Вот во Франции никого нет. А были Гюго, Мопассан, Золя. Да и у нас были...
А еще раньше, во время прогулки по лесу, Лев Николаевич жаловался, что ничего не понимает в стихах современных поэтов.
-- Может быть, вы знаете, для чего они так пишут? -- спросил он Леонида Николаевича.
Но Леонид Николаевич не мог ему ответить.
-- Может быть, меня Фет испортил, но не могу я помириться с этой их непростотою. А как хорошо писал Фет о весне...
И с тихой задумчивостью, глядя под ноги на молодую травку, Лев Николаевич сказал стихи о душистой черемухе, о весенних зорях...
Вообще, о литературе говорилось много.