Посетительница ушла, но только что Валя успел разыскать в книге слово, на котором он остановился, как появилась мама, посмотрела на него и тоже стала плакать. О чем плакала женщина, было еще понятно: она, вероятно, жалела, что она такая неприятная и скучная,-- но чего ради плакать маме?
-- Послушай,-- задумчиво сказал Валя,-- как надоела мне эта женщина! Она говорит, что она моя мама. Разве бывают две мамы у одного мальчика?
-- Нет, деточка, не бывает. Но она говорит правду: она твоя мама.
-- А кто же ты?
-- Я твоя тетя.
Это явилось неожиданным открытием, но Валя отнесся к нему с непоколебимым равнодушием: тетя так тетя -- не все ли равно? Для него слово не имело такого значения, как для взрослых. Но бывшая мама не понимала этого и начала объяснять, почему так вышло, что она была мамой, а стала тетей. Давно, давно, когда Валя был совсем маленький...
-- Какой маленький? Такой? -- Валя поднял руку па четверть аршина от стола.
-- Нет, меньше.
-- Как киска? -- радостно изумился Валя. Рот его полуоткрылся, брови поднялись кверху. Он намекал на беленького котенка, которого ему недавно подарили и который был так мал, что всеми четырьмя лапами помещался на блюдце.
-- Да.